Русская православная церковь в советский период – суть и понятия учения

До недавнего времени считалось, что буддизм проник в современный Советский Союз только в форме ламаизма через Тибет и Монголию. Археологические исследования показали, что буддизм был известен уже раньше.

Русская православная церковь и государство в конце советского периода

После отставки Хрущева в октябре 1964 года отношения между Русской православной церковью и советским государством несколько улучшились: прекратились грубые демарши со стороны официальных идеологов и пропагандистов атеизма, ослаб жесткий контроль за совершением обрядов, резко возросло количество треб. Смягчение государственной политики было продемонстрировано правительством уже через несколько дней после октябрьского пленума ЦК КПСС: 19 октября митрополит Никодим и епископ Питирим стали официальными участниками правительственного приема в честь запуска в космос космического корабля “Восток”. Через несколько месяцев, в январе 1965 года, Президиум Верховного Совета СССР издал указ “О некоторых нарушениях социалистической законности в отношении верующих”, в результате которого были освобождены ранее осужденные священнослужители и миряне.

Однако это не означает, что стратегические цели коммунистического руководства в отношении религии изменились. Атеистическая направленность советской идеологической машины оставалась неизменной. После смерти Алексея I в апреле 1970 года ничего не изменилось. Новый протоиерей Пимен, избранный поместным собором в 1971 году, не смог изменить отношения между Церковью и государством в каком-либо положительном для Московского Патриархата направлении.

Примечательно, что период пименовского патриархата иногда сравнивают с годами брежневского “застоя” в целом. Именно в 1977 году в СССР была принята новая конституция, статья 52 которой регулировала отношения между властью и верующими и провозглашала свободу совести, “то есть право исповедовать любую религию, отправлять религиозные культы или не исповедовать никакой религии, вести атеистическую пропаганду”. Церковь не воспринималась как “реакционная” сила в советском обществе в 1970-х и 1980-х годах, но религиозное мировоззрение рассматривалось как оппозиционное коммунистической идеологии.

Кризис коммунистической идеологии должен был выявить интерес общества к альтернативной – религиозной – системе идей и способствовать возникновению новых форм государственно-церковных отношений в Советском Союзе. Демифологизация революции и всего, что она повлекла за собой, должна была привести к повышенному интересу к религии и церкви.

В годы “перестройки” власти также изменили свое отношение к роли Русской православной церкви в истории России, разрешив широко отмечать 1000-летие крещения Руси. В июне 1988 года был проведен местный совет. По просьбе РПЦ Гостелерадио и Госкино подготовили шесть фильмов о жизни Церкви, восемь из которых находятся в производстве. “Мелодия” выпустила серию юбилейных пластинок по заказу Церкви, а Госзнак отчеканил памятную настольную медаль.

Новый этап в церковно-государственных отношениях продемонстрировали награды, врученные правительством летом 1988 года группе священников “за активную деятельность во имя мира и в связи с 1000-летием крещения Руси”.

Усиление позиций церкви в советском обществе было прямо пропорционально ослаблению идеологических позиций правящей коммунистической партии. В период с 1988 по 1991 годы предпринимались попытки интегрировать РКП в социалистическую жизнь, и даже утверждалось, что советские власти заручились поддержкой верующих в первые годы ее существования [35]. Слова старались подтверждать делами: в 1988 году в Советском Союзе было зарегистрировано более 500 религиозных объединений, большинство из которых были православными.

Вскоре после того, как Русская православная церковь отметила 1000-летие крещения Руси, скончался патриарх Пимен. На поместном соборе в июне 1990 года новым предстоятелем был избран митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий. Его имя связано с важнейшим периодом в жизни Церкви, который совпал с крахом социалистического общества, распадом Советского Союза и строительством новой России.

Советский период был временем, когда созидательные и разрушительные процессы в России переплелись в такой тугой узел, что развязать его порой казалось невозможным. В эти десятилетия Русская православная церковь пережила одни из самых тяжелых моментов в своей истории: репрессии, конфискация имущества, лишение прав, преследования, жесткий контроль со стороны властей и сложнейшие моральные дилеммы. Компромисс с коммунистическим режимом привел к трагическому разделению внутри церкви и оставил болезненные воспоминания, которые и сегодня вызывают оживленные дискуссии.

Православная церковь в советский период

Российский патриархат был восстановлен за несколько лет до октябрьских событий 1917 года, что повысило роль и влияние церкви в стране. Однако Поместный собор, занимавшийся этим вопросом, открылся только в августе 1917 года. В ноябре в Москве, буквально под аккомпанемент выстрелов, из трех кандидатов жребием был избран Патриарх Тихон (в миру В. И. Белавин, 1865-1925). Большевистские власти с самого начала заняли враждебную позицию по отношению к Церкви, и большевики почти сразу же приступили к ее уничтожению. Повсеместно проводились репрессии против священников и монахов, закрывались монастыри и церкви, сжигались православные святыни, уничтожались древние памятники архитектуры. Культуре был нанесен непоправимый ущерб. Большевики использовали в своих интересах священников-обновленцев, которые проводили радикальные реформы в Церкви и поддерживали советскую власть, пытаясь остановить эти злодеяния. Новгородские митрополиты Евдоким (до 1925 года), Вениамин и Виталий (Введенский) пользовались благосклонностью властей, и некоторые церковные общины полностью перешли в обновленчество. Тихон объявил анафему обновленцам, но был лишен сана и монашества церковным советом “обновленцев”. С 1923 года и до самой смерти он находился под домашним арестом в Донском монастыре в Москве, где и был похоронен. Сейчас патриарх Тихон является почетным святым Русской православной церкви. Как и сами обновленцы, многие из них были репрессированы. Следующий фактический предстоятель Русской православной церкви (РПЦ) Сергий Старогородский (1867-1944) призывал паству быть лояльной к советской власти (некоторое время он сам придерживался обновленцев, но позже раскаялся в этом). Другой Местоблюститель, митрополит Петр, которого он сменил на посту Местоблюстителя в 1937 году, был арестован за “контрреволюционную деятельность”, выслан в Сибирь и убит в 1937 году. Произошел второй раскол: группа священников, занявших непримиримую позицию по отношению к советской власти, создала Русскую православную церковь за границей (Зарубежную церковь, или Карловку) в изгнании (Сремские Карловцы в бывшей Югославии). Она отличалась от РПЦ только своей непримиримой антисоветской и антикоммунистической позицией. Отношения зарубежной церкви с РПЦ были разорваны после 1927 года. Ее деятели считали, что РПЦ в Советской России сбита с пути безбожной коммунистической властью. В свою очередь, иерархи РПЦ небезосновательно обвиняли “инородцев” в расколе. В последние годы зарубежная православная церковь активизировала свою деятельность в России, открыв приходы в нескольких городах.

Читайте также:
Нагорная проповедь - суть и понятия учения

Другой ветвью официальной церкви, возникшей, когда РПЦ стала поддерживать большевистские власти, является Катакомбная церковь, которая существует автономно, хотя в вопросах богослужения и догматики она не отличается от РПЦ. Во время Великой Отечественной войны положение РПЦ радикально изменилось: жизнь заставила власти во главе со Сталиным апеллировать к авторитету Церкви во имя победы. Церковь, традиционно занимавшая позицию патриотизма, внесла огромный моральный и материальный вклад в разгром фашизма. Церкви начали вновь открываться, и в 1943 году Сергий был избран патриархом (за год до своей смерти). Новая волна гонений обрушилась на Церковь во время хрущевской оттепели. Хотя эти гонения не были кровавыми, в моральном плане они были очень суровыми. Несмотря на некоторую “свободу в искусстве, литературе и поэзии, религия в это время сильно угнеталась. Н.С. Хрущев пообещал, что скоро “покажет народу последнего священника”. Во второй половине 1960-х годов отношение к Церкви снова смягчилось. РПЦ вышла из длительного периода гонений с неповрежденным, но ослабленным ядром. Ее лидеров обвиняли и обвиняют в тайных связях с коммунистическими властями и службами безопасности, но сегодня у нас нет (и, вероятно, еще долго не будет) достаточных доказательств для подтверждения или опровержения этих обвинений. Это, пожалуй, не самое важное. Важно то, что церковь жива, что она обладает огромным авторитетом и способностью влиять на процесс возрождения страны. После глобальных перемен, произошедших в России в конце 1980-х – начале 1990-х годов, Русская православная церковь, как и другие церкви, действующие в нашей многонациональной стране, стала важным фактором общественного развития. С 1990 года ее возглавляет Патриарх Алексий II (А. М. Ридигер, родился в 1929 году). Церковь ищет пути активизации своей миссионерской деятельности и вносит значительный вклад в решение самых сложных проблем современной жизни в России.

article image

article image

article image

article image

article image

article image

article image

Влюбчивость – это как горение хвороста. Если к тебе она быстро пришла, то так же быстро и потухнет. © Александр Дьяков ==> читать все изречения.

Глава 6. Секта в нацистской Германии и в СССР

Секта в нацистской Германии и СССР Свидетели Иеговы любят рассказывать о преследованиях, которым они подвергались в нацистской Германии. О чем они не любят говорить, так это о том, что им с трудом удалось договориться с нацистами. Когда те, кто находится в начале своего

“Изменения в церковной политике советского государства были заметны не только советскому народу, но и доводились до рейха немецкими военными и разведывательными органами.

Православная церковь в СССР

20 января (по старому стилю) 1918 года СНК РСФСР принял Декрет об отделении церкви от государственной школы, который отделял церковь от государства и государственной школы и лишал церковь юридического лица и права собственности; религия становилась исключительно частным делом граждан. Для большевиков православная церковь, как и любая другая религиозная организация, априори была идеологическим противником. Первые послания патриарха Тихона были восприняты как призывы к саботажу. Затем последовали жесткие санкционированные государством гонения, включая повсеместное разрушение церквей, аресты и организованные репрессии в отношении многих священнослужителей и верующих.

Патриарх Тихон, осудивший братоубийственную гражданскую войну, пытался занять нейтральную позицию в конфликте между сторонами, но для большевиков такая позиция была неприемлема. Более того, большая часть иерархии и духовенства на территориях, контролируемых белыми, эмигрировала в результате поражения и создала свою собственную церковную структуру за рубежом – Русскую православную церковь за границей.

Ожесточенный конфликт между структурами, возглавляемыми патриархом Тихоном, и властями разгорелся весной 1922 года во время кампании по конфискации церковных ценностей под предлогом закупки продовольствия за границей. Жестокие конфискации иногда приводят к кровавым эксцессам. Патриарх Тихон подвергся преследованию за свое провозглашение от 28 февраля. В Москве, Петрограде и других городах проводились суды над “церковниками” и выносились суровые приговоры, включая высшую меру “социальной защиты” – расстрел.

Читайте также:
Священное Предание - суть и понятия учения

Власти также стремились ослабить Церковь, поощряя разногласия и раскольничьи группы. Органы ГПУ получили поддержку от реновационизма. На своем соборе в апреле 1923 года обновленцы приняли резолюцию в поддержку советской социалистической системы, осудили “контрреволюционное” духовенство и объявили патриарха Тихона низложенным.

Патриарх Тихон завещал митрополиту Крутицкому Петру (Полянскому) ту же должность после своей смерти 7 апреля 1925 года. С 10 декабря 1925 года фактическим главой церковного управления стал митрополит Нижегородский Сергий (Страгородский) с титулом Заместителя Патриаршего Местоблюстителя, который прилагал усилия для нормализации положения Церкви в новом государстве.

29 июля 1927 года под давлением властей он выступил с заявлением, в котором утверждал, что можно быть православным христианином и в то же время “признавать Советский Союз нашей гражданской родиной, радости и успехи которой – наши радости и успехи, неудачи – наши неудачи”. Реакция на заявление Сержа в церковных кругах была противоречивой. Внешний Синод (Карловац) отверг и осудил его. Часть духовенства страны, расценив поступок митрополита как предательство интересов Церкви, ушла в подполье, присвоив себе название Истинно-православной церкви. Остальные, не согласные с некоторыми положениями Декларации, но понимавшие ее вынужденный характер, сохранили доверие к Сергию как главе Патриаршей Церкви. Однако надежды митрополита и его сторонников на власть не оправдались. Синод, возглавляемый Сергием, не получил никакого юридического признания, а аресты духовенства и административные закрытия церквей возобновились с новой силой с 1929 года. Только в 1937 году было закрыто более 8000 церквей и упразднено 70 епархий и викариатств. Симптоматично, что 16 апреля 1938 года Президиум Верховного Совета СССР принял решение об упразднении Комитета по делам религий при Президиуме Центрального исполнительного комитета СССР. В то же время, на начало 1938 года, было 49 правящих архиепископов-обновленцев и 11 на покое.

К 1939 году церковная структура всей страны была практически ликвидирована; епархии как административные единицы фактически исчезли. Однако к 1939 году властям стало ясно, что попытки решить задачу полного искоренения религии в СССР провалились. Некоторые ученые согласны с тем, что существование Катакомбной церкви в СССР было одной из важных причин, если не главной, почему патриаршему Местоблюстителю удалось сохранить несколько сотен приходов и небольшую церковную администрацию. Более того, ситуация существенно изменилась в сентябре 1939 года, когда после аннексии СССР значительной части Польши, а в 1940 году Латвии, Литвы и Эстонии, Советский Союз включил в свою территорию более 7 500 000 православных верующих, объединенных в епархии и приходы, действующие монастыри, учебные заведения, издательства церковной периодики и т.д. В это время антицерковная деятельность снизилась. Правительство нуждалось в деятельности Патриархата: “Впервые за время своего пребывания на посту главы Церкви Сергий оказался в таком положении, что мог требовать уступок от правительства. Точной и достоверной статистики о действующих церквях накануне Великой Отечественной войны нет, но, по некоторым данным, их количество перед войной составляло 3732 церкви всех “ориентаций” (т.е. включая церковь “Обновление”). (т.е. включая обновленческие церкви), из которых около 3350 находились в недавно присоединенных западных областях и республиках, а численность духовенства, по данным ТАСС, составляла 5665 человек.

После 1941

После воскресной литургии в Богоявленском соборе 22 июня 1941 года митрополит Сергий написал рукописное обращение к пастырям и паствам Христовой Православной Церкви, призывая всех их к защите Родины. Воззвание было разослано по всем епархиям. 26 июня в Богоявленском соборе Москвы митрополит Сергий отслужил молебен о даровании победы, после чего аналогичные молитвы были вознесены во всех храмах Русской Церкви. В армии был организован широкий сбор средств на покупку танковой колонны имени Дмитрия Донского и эскадрона имени Александра Невского.

В условиях войны, в целях сплочения народов СССР и военно-политического союза с Великобританией и США, И. В. Сталин столкнулся с необходимостью прекратить антирелигиозные и антицерковные кампании в СССР, которые крайне негативно влияли на общественное мнение союзных держав; Рузвельт прямо обусловил оказание помощи ослаблением репрессий против религии в СССР. “Уже в конце октября 1941 года его личный представитель А. Гарриман, прибывший в Москву, информировал Сталина об озабоченности американской общественности судьбой Русской Церкви и передал просьбу президента улучшить ее правовое и политическое положение в России.”

Другим важным фактором ослабления репрессий против религии стало возрождение церкви на подконтрольных Германии территориях СССР: вооруженные силы и карательные корпуса СССР, перешедшие в стратегическое наступление, не могли сразу возобновить прежние репрессивные практики на оккупированных территориях из соображений политической целесообразности. 25 января 1944 года пономарь Николо-Конецкого прихода Гдовского района С.Д. Плескач писал митрополиту Алексию: “Могу сообщить, что после прихода немцев русский язык совершенно изменился. Разрушенные церкви восстанавливались, церковная утварь изготавливалась, а украшения привозились из мест, где они сохранились. Крестьянки развешивали на иконах чистые полотенца, вышитые ими самими. Там были радость и утешение. Когда все было готово, пригласили священника, и храм был освящен. В это время произошли такие радостные события, что я не могу их описать.

Читайте также:
Десять заповедей Божьих: введение - суть и понятия учения

5 июня 1943 года Сталин подписал секретное постановление Государственного Комитета Обороны об утверждении мероприятий по улучшению зарубежной работы советских спецслужб, в котором религиозные организации впервые были отнесены к объектам, представляющим интерес для органов внешней разведки СССР.

В конце 1943 года, накануне Тегеранской конференции, он собирался настаивать на открытии второго фронта и обратиться за дополнительной помощью. Он решил, что настало время сделать публичный жест и продемонстрировать свою верность Церкви. Такой сигнал был бы положительно воспринят на Западе и вызвал бы желаемую реакцию.

3 сентября сотрудник НКГБ Г. Г. Карпов (будущий председатель Совета по делам РПЦ) перевез митрополита Сергия и его сотрудников из Ульяновска, куда с октября 1941 года было эвакуировано церковное руководство Патриархии, в Москву.

4 сентября 1943 года Сталин встретился с заместителем патриарха, митрополитом Сергием (Страгородским). Сталин встретился с митрополитом Сергием (Страгородским), патриаршим местоблюстителем, и митрополитами Алексеем (Симанским) Ленинградским и Николаем (Ярошевичем) Киевским, которые постоянно находились в Москве (фактическая церковная власть Рейхскомиссариата по Украине, созданного 20 сентября 1943 года). августа 1941 года, принадлежал архиепископу Поликарпу (Сикорскому), “администратору автокефальной Украинской православной церкви”, назначенному в декабре 1941 года митрополитом Варшавским Дионисием (Валединским) по рекомендации Вселенского патриарха Вениамина и по согласованию с властями рейхскомиссариата). На встрече Сталин заявил от имени правительства Советского Союза, согласно записям Г. Карпова, “что Церковь может рассчитывать на полную поддержку правительства во всех вопросах, касающихся ее организационного укрепления и развития в Советском Союзе”; было принято решение о создании специального правительственного органа – Совета Русской Православной Церкви во главе с Г. Карповым.

Если вам нужна помощь в написании работы, мы рекомендуем вам обратиться за помощью к профессионалам. Более 70 000 писателей готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатная корректура и редактирование. Спросите о стоимости вашего документа.

8 сентября в резиденции бывшего посла Германии в Чистом переулке состоялся Архиерейский собор, избравший Сергия Патриархом Московским и всея Руси. Патриаршая церковь была легализована де-факто и получила свое нынешнее официальное название – Русская православная церковь, вместо ранее использовавшегося названия – Поместная русская православная церковь, что также означало фактическое непризнание государством обновленческих структур.

Издание журнала Московского Патриархата возобновилось 12 сентября.

В сентябре 1943 года по приглашению Патриархии Москву посетил архиепископ Йоркский Сирил Форстер Гарбетт, второй по старшинству иерарх Церкви Англии, что означало возобновление приверженности Патриархии к управлению внешней политикой. Сирил Гарбетт был свидетелем литургии Патриарха Сергия в Богоявленском соборе 21 сентября в литургических облачениях. 24 сентября архиепископ Гарбетт заявил, что в Советском Союзе существует полная религиозная свобода, сообщает The New York Times.

Церкви, открытые немецкими властями, как правило, не закрывались; ряд ранее закрытых церквей, Троице-Сергиева лавра и духовные учебные заведения были вновь открыты; при Священном Синоде были организованы Издательский отдел (1945) и Отдел внешних церковных сношений (1946). В пояснительной записке РПЦ в Политбюро в 1948 году приводились следующие статистические данные о количестве церквей в СССР:

“На 1 января 1948 года в СССР насчитывалось 14 329 действующих церквей и культовых сооружений (11 897 церквей и 2 432 культовых сооружения, или 18,4% от числа церквей, культовых сооружений и часовен в 1914 году, когда их было 77 767). Количество церквей в Украинской ССР составляет 78,3% от количества церквей в 1914 году. Увеличение числа действующих церквей и культовых сооружений объясняется следующими причинами: a) во время войны на оккупированных немцами территориях было открыто 7 547 церквей (на самом деле даже больше, поскольку после войны значительное число церквей перестало функционировать из-за ухода духовенства к немцам и из-за конфискации школ, павильонов и т.д., которые были заняты религиозными общинами во время войны). В 1944-1947 годах по многочисленным и настойчивым просьбам верующих с советского разрешения было вновь открыто 1 270 церквей, в основном в Российской Советской Федеративной Социалистической Республике.

В 1955-1956 годах некоторые епископы и священники вернулись из лагерей и ссылок. Число зарегистрированных православных общин (приходов) на 1 января 1957 года составляло 13 477.

Несмотря на потепление церковно-государственных отношений, Церковь постоянно оставалась под контролем государства, и любые попытки распространить свою деятельность за пределы храмов встречали сопротивление, вплоть до административных санкций. В эпоху после Второй мировой войны Церковь уже испытывала повышенное давление. В данном случае политические обвинения уже не были фактором, скорее, борьба велась против “религиозных пережитков”, которые все еще существовали в сознании людей. Число православных общин было сокращено с 7 551 в 1958 году до 7 551 в 1965 году. Кроме того, власти пытались использовать авторитет церкви в международных отношениях для укрепления позиций СССР. С этой целью в 1961 году было инициировано вступление ее (и ряда других христианских религиозных организаций) во Всемирный совет церквей.

Читайте также:
Третья заповедь: «Не произноси имя Бога твоего напрасно» - суть и понятия учения

1965-1985 годы можно считать периодом относительной стабильности в отношениях между государством и церковью, с некоторыми признаками внутреннего укрепления и роста. Началось омоложение духовенства, повышение уровня его образования и теологической подготовки; по мере миграции населения из сельской местности в города увеличивался вес городских общин. Увеличилось количество людей, соблюдающих религиозные обряды. В общественном мнении укрепились позитивные оценки духовного влияния религии на людей.

Открытое письмо священников Г. Якунина и Н. Эшлимана в ноябре 1965 года оказали большое влияние на возникновение правозащитного движения в Советском Союзе и возрождение интереса к Церкви среди интеллигенции.

Празднование 1000-летия крещения Руси ознаменовало поворотный момент в жизни Церкви. В 1989 году около 300 служителей различных религий, в том числе 192 православных христианина, были избраны народными депутатами на различных уровнях Совета, что подтвердило фундаментальные изменения в религиозной политике государства.

Распад Советского Союза также вызвал центробежные тенденции в Церкви. В бывших советских республиках начали возникать церковные структуры, независимые от Русской православной церкви (часто при поддержке властей). В условиях конфликта несколько приходов на Украине фактически отделились от Русской православной церкви и образовали на своей основе Украинскую православную церковь (Киевский патриархат). В Молдове некоторые приходы были переданы в юрисдикцию Румынского Патриархата. В Эстонии некоторые приходы также вышли из юрисдикции Московского патриархата и приняли Константинопольского патриарха в качестве покровителя.

Свой полный статус юридического лица Русская православная церковь получила 30 мая 1991 года, когда Гражданский устав Русской православной церкви, утвержденный Священным Синодом 31 января того же года, был зарегистрирован Министерством юстиции РСФСР. Ранее правовой статус Русской православной церкви регулировался Постановлением ВЦИК и ВС РСФСР “О религиозных объединениях” от 8 апреля 1929 года, изданным на основании Декрета Верховного Совета РСФСР от 20 января 1918 года “Об отделении церкви от государства и церковной школы”.

Русская Православная Церковь и государство в 1917-1990 годах: правовой аспект

События 1917 года привели к радикальным изменениям в церковно-государственных отношениях. Русская Православная Церковь на Поместном Соборе 1917-18 гг. выразила свой взгляд на легитимные отношения между Церковью и государством в соборном “Определении о правовом положении Православной Российской Церкви”, которое было принято 2 декабря 1917 года. Особенность этого документа заключается в том, что он, с одной стороны, не воспроизводит схему церковно-государственных отношений, существовавшую в Российской империи, а с другой – полностью игнорирует реальную политическую и законодательную ситуацию, складывавшуюся в конце 1917 года.

Несколькими актами Временное правительство уже сделало решительный шаг к созданию неконфессионального государства: упразднение церковно-приходских школ и объявление Закона Божьего необязательным предметом. Захватив власть в октябре 1917 года, воинствующая атеистическая программа большевиков была хорошо известна и раньше, и теперь осуществлялась. Поэтому она отвлекла внимание от существующей ситуации в вопросе взаимоотношений Церкви и государства, предложив нормальную норму для таких отношений в соответствии с собственными представлениями.

В “Декларации”, которая предшествовала “Определению”, есть сравнение между требованием полного отделения Церкви от государства и тем, что солнце не должно светить, а огонь не должен гореть. Церковь, по внутреннему закону своего существа, – говорится далее в тексте “Декларации”, – не может отказаться от признания просвещать, преображать всю жизнь человечества и пронизывать ее своими лучами.

Основными положениями “определений”, принятых Советом, являются следующие

1. Православная Российская Церковь, как часть единой вселенской Церкви Христовой, занимает в Российском государстве первенствующее общественно-правовое положение среди других исповеданий, подобающее ей как величайшей святыне подавляющего большинства населения и как великой исторической силе, созидавшей Российское государство.

2. Православная Церковь в России в учении о вере и нравственности, богослужении, внутренней духовной дисциплине и отношениях с другими автокефальными Церквами независима от государственной власти и, руководствуясь своими догматико-каноническими принципами, пользуется в вопросах церковного законодательства, управления и суда правами самоопределения и самоуправления [ ].

4. По словам церковных властей, государственные законы никогда не касаются Православной Церкви, кроме как по соглашению.

7. Глава Российского государства, министр исповеданий и министр народного просвещения и сопровождающие их лица должны быть православными […].

9. Как национальный календарь, православный календарь широко признан.

(10) Двенадцать великих праздников, воскресенья и дни, особо отмечаемые Православной Церковью, признаются государством как дни покоя […].

(12) Добровольный уход из православия не допускается до достижения брачного возраста. До этого возраста дети могут покинуть православие только по просьбе родителей и только если родители сами покидают православие; дети, достигшие девяти лет, должны дать свое согласие […].

14) Венчание в церкви по православному обряду считается законной формой брака […].

18. 18. Учреждаемые православной церковью низшие, средние и высшие школы, как специальные богословские, так и общеобразовательные, пользуются в государстве всеми правами правительственных учебных заведений на общих основаниях.

19. Во всех общественных и светских школах обучение православных детей должно соответствовать духу Православной Церкви; преподавание Закона Божия православным учащимся обязательно в низших и высших учебных заведениях, а содержание должностей учителей Закона в общественных школах осуществляется за счет государственной казны.

Читайте также:
Десятая заповедь: «Не желай чужого» - суть и понятия учения

20. В каждой воинской части должен быть представитель православного духовенства; государство должно обеспечивать религиозные потребности членов Православной Церкви в армии и на флоте.

Исторически сложилось так, что государственная власть России в то время никак не соответствовала Резолюции Совета с точки зрения правовой политики. Более того, после Октябрьской революции возникла прямая угроза правовому существованию Православной Церкви в России. В результате большевистская программа по церковно-государственным отношениям во многом была реализована уже к январю 1918 года. 20 января был опубликован “Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви”, составленный самим председателем Совета народных комиссаров (Совнаркома). Этот декрет был не только формальным, юридическим разрывом многовекового союза между Церковью и государством, разрывом, четко предопределенным Февральской революцией, но и подтверждением гонений на Церковь.

Хотя православная церковь была отделена от государства, ей не были предоставлены те же права, что и частной религиозной общине. Принципиальное отличие советского законодательства “о культах” от правового режима отделения Церкви в таких государствах, как США или Франция, заключалось в последних пунктах “Декрета”, положения которого неизменно воспроизводились в последующих актах: “Никакие церкви или религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Они не обладают правами юридического лица. Все имущество существующих в России церквей и религиозных обществ объявляется достоянием народа”. У Церкви отобрали храмы, священные иконы и священные сосуды. Церковь была лишена всего имущества.

Однако церкви и богослужебная утварь по-прежнему могли использоваться только “по специальному распоряжению местных или центральных властей”. Религия и обучение в государственных школах были запрещены этим декретом. Этот указ был юридической подготовкой к конфискации церковных ценностей, закрытию монастырей и богословских школ, а также к незаконным судебным процессам и репрессиям против духовенства и благочестивых мирян.

Русская православная церковь не признала законность “декрета” на Соборе 1917-18 годов, так же как не признавала законность советской власти в целом до заявлений патриарха в 1923 г.

Декрет 1918 года, установивший драконовский режим для православной церкви и других религиозных общин в России, был включен в конституцию РСФСР и последующие советские конституции. Хотя Конституция 1918 года еще не была запрещена большевиками, она отличалась от последующих советских конституций в одном конкретном отношении: в 1918 году большевики еще не запретили религиозную пропаганду.

8 апреля 1929 года Президиум ВЦИК принял декрет о религиозных объединениях, который разрешал религиозным общинам проводить богослужения только в стенах молельных домов; образовательная и благотворительная деятельность была строго запрещена. Священникам запрещалось участвовать в хозяйственных и финансовых делах так называемых воров. Частное религиозное обучение, разрешенное постановлением 1918 года. “Об отделении церкви от государства и школы от церкви”, теперь может существовать только как право родителей учить религии своих детей.

Во время 14-го Всероссийского съезда Советов в статью 4 Конституции были внесены поправки, предусматривающие свободу вероисповедания и свободу от антирелигиозной пропаганды. В результате религиозных предрассудков в стране была введена пятидневная рабочая неделя со скользящими выходными днями.

5 декабря 1936 года Восьмой Чрезвычайный Всесоюзный съезд Советов принял новую Конституцию СССР. В ней впервые были провозглашены равные права для всех граждан, включая “служителей культа”. Статья 124 новой Конституции гласит: “В целях обеспечения свободы совести граждан церковь в СССР отделяется от государства, а школа от церкви”. Но эта Конституция уже не допускала свободы религиозной пропаганды, а только свободу “отправления религиозных культов”. В Конституции свобода вероисповедания и свобода антирелигиозной пропаганды были признаны основными правами для всех граждан.

Неравное отношение к верующим и неверующим демонстрируется в этой статье довольно откровенно, хотя в других местах Конституция провозглашала равные права для всех граждан, независимо от их отношения к религии. В 1937 году рухнули надежды на перемены, вызванные обнародованием новой Конституции. В тот год страну захлестнул революционный террор. Миллионы людей из всех слоев общества стали жертвами репрессий. Особенно сильно в конце 30-х годов пострадало православное духовенство. Почти весь епископат был уничтожен. Большинство оставшихся в живых священнослужителей оказались в лагерях и тюрьмах.

Частичная нормализация церковно-государственных отношений в 1943 году мало повлияла на законодательство, которому в то время почти не уделялось внимания. Благодаря административным распоряжениям церковь получила относительно благоприятные условия для выживания. В 1945 году Совет Народных Комиссаров СССР принял секретное постановление, согласно которому исполнительные органы религиозных организаций наделялись “ограниченными правами юридического лица”. Речь шла о приобретении транспортных средств, аренде, строительстве и покупке зданий для их использования, изготовлении и продаже церковной утвари, предметов культа и других культовых принадлежностей. Несмотря на то, что зловещее постановление 1929 года не было отменено, в послевоенный период оно практически игнорировалось.

Он был отозван в разгар гонений на Церковь Хрущевым. На политическом уровне решение о возобновлении преследований было принято в 1958 году. 4 октября 1958 года ЦК КПСС издал секретное постановление под длинным названием “О записке Отдела пропаганды ЦК КПСС “О недостатках научно-атеистической пропаганды””, которое обязывало партию, комсомол и общественные организации начать пропагандистское наступление на “религиозные пережитки” советского народа. Государственным учреждениям было предписано осуществить административные меры, направленные на укрепление условий существования религиозных общин. И первым актом правительства в его наступлении на Церковь стала публикация двух постановлений Совета Министров СССР: Постановление “О монастырях в СССР” от 16 октября 1958 года и Постановление “О повышении налогов на доходы епархиальных предприятий и монастырей”. Первый предписывал Советам Министров союзных республик, Совету по делам Русской Православной Церкви и Совету по делам религий в шестимесячный срок изучить вопрос о сокращении числа монастырей и скитов и внести по этому вопросу предложения в Совет Министров СССР; также предписывалось сократить площадь земель, используемых монастырями. Налоговое постановление запрещало Церкви продавать свечи по ценам, превышающим цены свечных магазинов. Это стало серьезным ударом по доходам и бюджетам приходов, поскольку покупка свечей в магазинах перестала приносить церкви прибыль, что, естественно, привело к закрытию свечных лавок. В связи с уменьшением доходов церкви были распущены и платные церковные хоры. Из-за драконовских постановлений Совета министров финансовое положение некоторых епархий было крайне тяжелым.

Читайте также:
Пятая заповедь: «Почитай отца своего и мать свою» - суть и понятия учения

31 марта 1961 года Святейший Патриарх и постоянные члены Синода, находившиеся в Москве, были приглашены на Совет по делам Русской Православной Церкви. Председатель Совета предложил архипастырям провести коренную реформу приходского управления: “Необходимо пересмотреть некоторые пункты “Положения об управлении Русской Православной Церкви”, чтобы во главе общины стоял не настоятель храма, а исполнительный орган”. Юридическим аргументом представителя государственной власти было требование привести “Положение об управлении Русской православной церкви” в строгое соответствие с постановлением ВЦИК и Совнаркома РСФСР 1929 года “О религиозных объединениях”, согласно которому духовенство как лица, лишенные избирательных прав, не допускались к участию в хозяйственных делах религиозных общин, хотя это постановление грубо противоречило Конституции СССР 1936 года, предоставлявшей всем гражданам равные права.

В день памяти преподобного Сергия Радонежского, 18 июля 1961 года, в Сергиевой Лавре собрался Архиерейский Собор, который был вынужден внести радикальные изменения в 4 часть “Правил управления Русской Православной Церкви”, которые были продиктованы Собором и негативно повлияли на приходскую жизнь.

После отставки Хрущева прямые гонения на Церковь прекратились, но ее правовой статус остался прежним. Пересмотр решений Архиерейского Собора 1961 года также был невозможен. Десятилетием ранее, в период хрущевских гонений, жизнь Церкви оставалась относительно стабильной и протекала без тех потрясений, которые постигли ее в это десятилетие. Государственная политика в отношении Церкви оставалась по сути неизменной, какой она была после отставки Хрущева: жесткий, тотальный контроль над всеми проявлениями церковной жизни, противодействие попыткам расширить рамки дозволенного для Церкви, но без массовых репрессий духовенства и мирян, массового закрытия церквей, без громких пропагандистских кампаний атеизма.

Президиум Верховного Совета СССР в 1975 году внес изменения в декрет о религиозных объединениях, изданный ВЦИК и СНК РСФСР в 1929 году. Эти изменения в первую очередь коснулись имущественных прав церкви. Декрет отменял формулировку “Декрета” 1929 года: “Религиозные объединения и группы верующих не пользуются правом юридического лица”. В то же время в нем не говорилось, что религиозные объединения имеют такое право. В противовес этому в декрете говорилось о необходимости приобретения для своих нужд церковной утвари, предметов культа, транспортных средств, аренды, строительства и владения зданиями в установленном законом порядке.

В то же время поправки, внесенные указом, еще больше сузили круг разрешенной законом церковной деятельности: “Религиозные общества имеют право проводить сборы и собирать добровольные пожертвования только на содержание молитвенного здания, культового имущества, наем служителей культа и содержание исполнительных органов. Для проведения крестных ходов, религиозных обрядов и религиозных церемоний под открытым небом, а также в квартирах и домах верующих требуется специальное разрешение исполнительного комитета районного, городского, Совета депутатов трудящихся”.

Конституция СССР 1977 года, статья 52 которой гласит: “Гражданам СССР гарантируется свобода совести, то есть право исповедовать или не исповедовать религию, отправлять религиозные культы или заниматься атеистической пропагандой. Разжигание вражды и ненависти в связи с религиозными убеждениями запрещено. В СССР церковь отделена от государства, а школа – от церкви.

Неравенство советских граждан в зависимости от их отношения к религии было очевидным следствием этой статьи Конституции, несмотря на провозглашенный в других частях документа принцип равенства всех советских граждан независимо от национальности, расы, пола и отношения к религии. Конституция разрешает гражданам, имеющим атеистические убеждения, пропагандировать их, в то время как верующие имеют право только на отправление культов. Четко выраженное классовое деление граждан придавало Советскому Союзу вид классового государства.

Правовой статус Русской православной церкви и других религиозных объединений существенно изменился с прекращением существования Советского Союза. 1 октября 1990 года в СССР был принят закон “О свободе совести и религиозных организациях”, наделяющий отдельные приходы и церковные учреждения, включая Патриархию, правами юридических лиц. Церковь теперь имела право владеть собственностью и защищать свои интересы в суде, а религиозные организации могли участвовать в общественной жизни и пользоваться средствами массовой информации.

Читайте также:
Девятая заповедь: «Не лжесвидетельствуй» - суть и понятия учения

Исключительно важное положение нового закона содержится в статье 6, которая, подтверждая принцип разделения конфессиональных школ, тем не менее, открывает юридическую возможность религиозного образования детей. “Религиозные организации, имеющие зарегистрированный в установленном порядке устав (подзаконный акт), вправе в соответствии со своим уставом создавать образовательные учреждения и группы для религиозного воспитания детей и взрослых, а также осуществлять обучение в иных формах, используя для этих целей помещения, находящиеся в их собственности или предоставленные им. Закон запрещает командирам воинских частей препятствовать военнослужащим участвовать в богослужениях в свободное от службы время; он разрешает проведение “религиозных обрядов” в больницах, приютах, тюрьмах и лагерях, при этом администрация этих учреждений обязана содействовать приглашению священнослужителей.

Новый закон сохранил прежний Совет, но изменил его функции и лишил его полномочий в отношении религиозных организаций: “Государственное агентство по делам религий в Советском Союзе – это информационный, консультативный и экспертный центр. Новый закон был более благоприятен для Церкви, чем действовавшее до этого постановление ВЦИК 1929 года, но он действовал всего 15 месяцев, ровно столько, сколько длился Советский Союз.

В тот же день, когда был опубликован союзный закон, был принят российский закон о свободе вероисповедания. В нем не было такого государственного органа, как Совет по делам религий; вместо этого Верховный Совет учредил Комиссию по свободе совести и вероисповедания.

В российском законодательстве положение об отделении школы от церкви сформулировано более деликатно: “Государственная система образования и воспитания носит светский характер и не преследует цели формирования какого-либо определенного отношения к религии. В то же время преподавание религиозных доктрин было разрешено на факультативной основе во всех детских садах и образовательных учреждениях и организациях. Преподавание “религиозно-просветительских, религиозных и религиозно-философских предметов” может быть частью учебной программы государственных учебных заведений.

Расшифровка Как Русская церковь выживала в СССР

В годы, предшествовавшие второй мировой войне, правительство постепенно отказалось от политики уничтожения Церкви и религии в стране. Надо сказать, что единовременного распоряжения о прекращении репрессий не было. Власти не собирались связывать себя письменными обязательствами. Более того, на начальном этапе Великой Отечественной войны репрессии против духовенства шли параллельно с явно более терпимой политикой в отношении религии. Таким образом, большевистская политическая религия постепенно переходит ко второй основе своих отношений между политической религией и традиционной религией – инструментализации последней. Начинается история нового курса Сталина в отношении Русской православной церкви.

Первые проявления этого нового курса можно увидеть уже в конце 1930-х годов, когда в соответствии с пактом Молотова-Риббентропа к Советскому Союзу были присоединены так называемые “новые территории” – Прибалтика, Западная Украина, Западная Беларусь и Бессарабия. На этих территориях существовали тысячи открытых православных приходов, и власти не сразу прибегли к репрессивным мерам против духовенства на Новых территориях. Напротив, Патриаршая церковь могла назначать там своих епископов, что было беспрецедентно в 1930-е годы. Таким образом, получалось, что Русская Церковь имела митрополита в Москве, митрополита Алексея (Симанского) в Ленинграде, митрополита Сергия (Воскресенского) в Риге, Николая (Ярошевича) в Киеве и епископа Алексея (Сергеева) в Молдавии.

Переломным моментом в советской политике в отношении Церкви считается 1943 год, когда состоялась знаменитая встреча Сталина в Кремле с тремя митрополитами, а вскоре и выборы нового патриарха Московского и всея Руси, которые правительство не разрешало проводить с 1925 года. Но этот момент, этот рубеж мы должны воспринимать скорее как публичное заявление Сталина о своей новой политике, которая уже проводилась тайно с начала Второй мировой войны. Есть ли цели, которые преследует власть в своей новой политике? Вопрос в том, как лично Сталин способствовал формированию новой политики, каковы были его личные мотивы? Для того чтобы понять возможное религиозное обращение Сталина, мы должны отбросить предположения. Он был прагматиком, и во всех документах 1940-х годов – а он внимательно следил за перипетиями церковной политики – мы видим жесткую, четкую руку прагматика, которого в первую очередь интересовал внешнеполитический потенциал православной церкви. Однако он также поощрял некоторую мифологизацию собственной персоны, в том числе и тогда, когда это исходило от церковных лидеров. Это видно, например, на примере митрополита Ливанских гор Илии (Карами), который в этот период часто посещал Советский Союз и восхвалял его руководство.

Каковы цели новой курсовой политики, проводимой властями? Первое и самое важное – это мобилизация религиозных ресурсов для целей внешней политики СССР. Я помню, что встреча с тремя митрополитами в Кремле состоялась накануне Тегеранской конференции, где должна была обсуждаться проблема открытия второго фронта. Для Сталина было очень важно показать, что советский режим терпимо относится к религиозным проявлениям и даже восстанавливает патриаршество в России. На следующем этапе военных действий речь шла не только об отношениях с союзниками, но и о привлечении на сторону СССР православных жителей Восточной Европы – Польши, стран Балтии, Болгарии, Чехословакии и Югославии. На всех этих территориях православные верующие составляли значительное число. Наконец, после окончания Великой Отечественной войны были предприняты попытки использовать церковные каналы в сложной дипломатической игре, чтобы привлечь Восточные патриархаты на сторону Советского Союза. В контексте холодной войны Сталин был вовлечен в борьбу с Соединенными Штатами и Великобританией за влияние на Ближнем Востоке, в других частях мира, и он также нуждался в поддержке местных церковных ресурсов.

Читайте также:
Бог - суть и понятия учения

Более того, даже во время войны власти продолжали использовать патриотические настроения верующих, поощряя религиозные организации к сбору средств в фонд обороны и на другие цели. Тем не менее (это был очень важный аспект нового курса), власти понимали, что для того, чтобы привлечь Церковь к решению своих проблем, необходимо сделать шаги в сторону иерархии, в сторону духовенства. Это позволило Церкви возродиться и фактически подняться из безвестности. В это время действовало 14 тысяч церквей, многие десятки монастырей, две богословские академии и девять семинарий. В 1930-е годы Церковь была полностью изолирована на международной арене, но с тех пор восстановила связи с другими православными церквями. В то же время, когда Церковь выходила из изоляции, интересы властей и Церкви совпадали.

Лицом времени был Патриарх Алексий I (Симанский), дворянин, который, будучи молодым человеком, принял монашество по убеждению, по сердечному желанию. С одной стороны, он олицетворял эту благоразумную позицию Церкви, а с другой – был достаточно дипломатичен, чтобы добиться от властей новых уступок. А для верующих он запомнился как совершенно уникальный служитель Божественной литургии, который мог сам, без слов, просвещать верующих, потому что у Церкви, конечно, не было возможности ни проповедовать, ни издавать литературу. Интересно отметить, что еще одна фигура, которую нельзя оставить в стороне от разговора о 1940-х годах, – архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), хирург и одновременно епископ Русской Церкви, который был заключен в тюрьму, сослан и подвергался пыткам в заключении в период Большого террора. За свою медицинскую деятельность в то время он был удостоен Сталинской премии и олицетворял собой очень важный modus vivendi в жизни Церкви. Значительное число верующих и духовенства продолжали служить своей стране, используя свои профессиональные знания и навыки – Владыка Лука работал в красноярском госпитале для эвакуированных – и в то же время несли церковное служение.

В течение некоторого времени после смерти Сталина церковь продолжала пользоваться определенной свободой в отношениях с государством. 1954 и 1955 годы были временем особенно активного открытия церквей, чего, кстати, не было в поздний сталинский период. Новое, более враждебное отношение хрущевского руководства к Церкви началось в 1954 году. Но новое наступление на церковь началось в полную силу в 1958 году.

Предыдущий период, так называемый новый курс в отношениях с церковью, рассматривается новым советским руководством как отход от ленинской политики эпохи культа личности. Однако новое наступление хорошо спланировано. Она начинается с финансовой реформы, которая на деле означает изъятие ресурсов у епархий и патриархии путем единовременного повышения налога на свечи. Способность Церкви финансово поддерживать небольшие приходы, монастыри и семинарии исчезает, и у властей появляется предлог для их закрытия: если верующие не могут их содержать, зачем они нужны?

В 1961 году была проведена так называемая административная реформа, в ходе которой священник, настоятель прихода, был отстранен от руководства хозяйственной деятельностью прихода. Роль старосты, управляющего церковным хозяйством, значительно возрастает. Это был очень важный шаг для советских властей в получении инструментов контроля над церковным телом. Этого было достаточно для отбора кандидатов в 200-300 самых больших и богатых церквей, к которым в первую очередь относились кафедральные и кладбищенские церкви в каждой епархии. Пресвитеры этих ключевых церквей очень помогали советским властям контролировать иерархию и Церковь, главным образом, контролируя взносы этих церквей и приходов в епархию и патриархат. И таким образом, косвенно, советские власти смогли держать под своим контролем и епископа, и центральное управление Церкви.

В этот период советские власти начали массированную пропагандистскую кампанию, включавшую так называемый парад отступников, в ходе которого многие священнослужители и преподаватели семинарий публично отреклись от веры и церкви.

В результате к середине 1960-х годов половина церквей, действовавших в Советском Союзе к концу периода “Нового курса”, закрылась. Десятки монастырей и шесть из девяти семинарий также были закрыты. В то же время, однако, правительство продолжало использовать церковные ресурсы во внешней политике без учета собственных нужд и потребностей. Хорошим примером такого волюнтаризма во внешней церковной политике стал случай, когда Никита Хрущев настоял на том, чтобы Русская православная церковь направила наблюдателей в Ватикан на Второй Ватиканский собор, несмотря на то, что православные церкви ранее договорились не принимать никакого участия в этом католическом форуме.

После ухода Хрущева власти не были готовы отказаться от переданных им инструментов давления на Церковь, даже если само давление было ослаблено. Более того, все попытки Церкви изменить административную реформу 1961 года были заблокированы властями. Церкви по-прежнему закрывались, но уже не так интенсивно, как в хрущевское десятилетие. Но, что интересно, 1970-е и первая половина 1980-х годов были очень важным периодом для внутренней жизни Церкви. В этот период, в конце 1960-х и в 1970-х годах, появились новые верующие – молодые люди, выросшие вне традиционной религиозной среды, но ищущие новые формы церковной жизни и деятельности. Одним из примеров была община Александра Огородникова, его духовная семинария. Задача Церкви заключалась в том, чтобы найти для них новый язык, но возможности были, очевидно, очень ограничены. В самиздате появлялись художественные произведения, адресованные новообращенным, пастырские проповеди или апологетика, которые пытались ответить на вызовы антирелигиозной пропаганды, и особенно примирить новые открытия, научные, с библейской картиной мира.

Читайте также:
Смерть и погребение христианина - суть и понятия учения

Отец Глеб Каледа был выдающимся геологом и тайным священником, автором книги “Библия и наука о творении” с подзаголовком “Опыт естественнонаучного толкования книги Бытия”, которая была примером такой самиздатовской апологетики. В ней рассматривалась первая глава Библии, описывающая сотворение мира в течение семи дней, и показывалось, что современные научные данные могут быть согласованы с библейским повествованием. В 1960-70-е годы наука использовалась для антирелигиозной пропаганды, и это событие было очень важным.

Православный самиздат в те десятилетия был в целом чрезвычайно разнообразен. В массовом количестве перепечатывались и распространялись молитвословы, акафистники, жития святых, сборники изречений святых отцов, в частности Добротолюбие и Древний Патерик. Эта литература пользовалась широким спросом и даже была довольно массовой. Тем не менее, существовал и самиздатский элитарный православный элемент. В них освещались самые разные темы как духовной, так и общественно-политической стороны жизни. Например, в самиздате была книга выдающегося русского психиатра Дмитрия Евгеньевича Мелехова. В ней он показал синтез научно-медицинского и религиозного взгляда на природу человека. Это был не окончательный текст автора по пастырской психиатрии для семинаристов. В самиздате шла полемика между православными либералами и консерваторами, т.е. пост-евангелистами. Памаздатские журналы диссидента Леонида Бородина “Вече” и “Московский рабочий” публиковались, но, как правило, недолго.

Идеологическим дебатам уделялось много внимания, но ими дело отнюдь не ограничивалось. Например, Татьяна Горичева издавала “Мария”, православный журнал для женщин, в котором были публикации о литературе, искусстве и роли женщины в православии. Группа, о которой я упоминал, Александра Огородникова, запустила журнал под названием “Община”, в котором публиковались исповедальные материалы о пути молодых членов к вере.

В результате социально-политического кризиса в Советском Союзе происходит новый поворот в советской религиозной политике, центром которого стало столетие Крещения Руси, послужившее поводом для этого поворота в церковной истории. Впервые празднование было запланировано почти за десять лет до 1988 года. Воспользовавшись кризисом советской политической системы, Церковь вышла из гетто и в той или иной форме заявила о своем присутствии в общественной жизни. Летом 1988 года Россия отмечала тысячелетие Крещения. Русская Православная Церковь провела специальный юбилейный Поместный Собор, на котором были прославлены девять святых, представлявших всю тысячелетнюю историю Церкви. В следующем году на специальном Архиерейском Соборе Церковь прославила Святейшего Патриарха Тихона и начала прославлять святых советского периода. Важно отметить, что в это время Патриарх Тихон был контрреволюционером, которого поносили советские власти, а Церковь была готова провозгласить его святым, что усилило почитание Патриарха среди населения. На протяжении 1990-х годов мы наблюдали прославление новомучеников, которое как бы подводило черту и давало нравственную оценку всему столетию. Прославляя подвиг новомучеников, прославляли подвиг верности своему священству, своей вере, который эти люди проявили во время гонений, когда они жили как христиане, несмотря на общие условия, несмотря на утверждения власти.

Советский закон о свободе вероисповедания и свободе совести начал действовать в октябре 1990 года, фактически демонтировав советскую систему контроля, созданную декретом 1918 года и постановлением от 1929 года.

Русская Церковь в двадцатом веке подверглась самым жестоким гонениям за всю свою историю, а возможно, и за всю историю христианской Церкви. Несмотря на это, можно сказать, что в своей части Россия осталась христианской страной, потому что сотни тысяч, а может быть, и миллионы наших соотечественников продолжали жить в эту эпоху чудовищных гонений. Священники оставались верны своей клятве, монахи – своим обетам, а миряне – своей вере. Однако Церковь на десятилетия оказалась в гетто, подвергаясь бесчисленным ограничениям. Очевидно, что это отразится на ее жизни.

Если мы обратимся к сфере церковно-государственных отношений, то обнаружим, что сегодня, как и сто лет назад, Церковь вновь сталкивается со светским государством. Священный Собор Русской Церкви 1917-1918 годов предложил будущему российскому государству заключить юридический договор, конкордат, определяющий взаимные права и обязанности. Советский период прервал этот процесс разработки правовых норм взаимодействия Церкви и государства. Думается, что в ближайшем будущем этот процесс возобновится и начнется постепенная кристаллизация правовых форм церковно-государственных отношений. Эту ситуацию следует рассматривать как положительную: любое правовое регулирование предпочтительнее добровольности для обеих сторон.

Читайте также:
Небесные силы - суть и понятия учения

Наследием советского периода является низкое участие христиан в церковных институтах, таких как приходы, братства и различные христианские общественные организации. В этом контексте иногда можно наблюдать явление, известное как декретирование. В то же время (и это тоже мировая тенденция) во многих странах люди часто называют себя верующими, но часто не идентифицируют себя с церковным институтом или идентифицируют себя только формально, фактически не участвуя в жизни его структур, таких как приходы. Перед духовенством в нашей стране, как и во всем мире, стоит важнейшая задача – начать и постепенно углублять диалог с обществом и своей паствой. Уже тогда это было чрезвычайно трудно, но начали проявляться интересные тенденции, которые могли помочь.

Давайте обратим на это внимание. Наша проблема в России сегодня – это не механическое возрождение утраченного, а процесс инкультурации, инкультурации Церкви в современную культуру России и всех постсоветских стран. Считается, что этот процесс начался в 1970-х годах, когда молодые образованные городские жители стали интересоваться Церковью и ее культурой. В 1980-е годы, во время празднования 1000-летия Крещения Руси, этот интерес был легализован, а в 1990-е и 2000-е годы получил дальнейшее развитие. В этом процессе родилась новая церковная культура, был выработан новый язык общения между Церковью и обществом. За всю свою историю Русская Церковь никогда не сталкивалась с таким обществом – городским, а не сельским, секуляризованным или “светским”, с невероятно высоким уровнем образования и хорошо информированными гражданами. Для того чтобы перевести вечное учение Церкви на язык современного общества, Церковь должна использовать весь имеющийся в ее распоряжении творческий потенциал. Очевидно, что инкультурация (как и десекуляризация) – это процесс, который требует времени, и его плоды появятся через несколько поколений.

Современное состояние Православия

Сегодня православие является третьей по величине христианской конфессией по количеству последователей. Ее исповедуют около 280 миллионов человек (католицизм – более миллиарда, протестантизм – 800 миллионов). Он наиболее распространен в странах бывшего Советского Союза и на Балканском полуострове (Греция, Сербия, Румыния, Болгария и т.д.).

Православие является государственной религией в Греции и Финляндии (наряду с евангелическим лютеранством). Если в Греции церковь не отделена от государства, то в Финляндии это так, но она также финансируется государством. Есть много стран Восточной Европы, где православие имеет особый статус.

Всемирная Православная Церковь – это сообщество поместных церквей, находящихся в евхаристическом общении друг с другом (возможность разделить таинство Вечери Господней). Большинство из них являются автокефальными, то есть полностью автономными и независимыми в каноническом и административном плане. Существуют также автономные церкви, которые канонически зависят от автокефальных церквей. Для тех, кто уже понял, откуда берет начало православие, будет полезен список всех поместных церквей. Диптих Московского Патриархата включает 11 автокефальных православных церквей (Антиохия, Иерусалим, Россия, Грузия, Сербия, Румыния, Болгария, Албания, Польша, Чехия и Словакия в Америке) и 4 автономные православные церкви (Синай, Финляндия, Япония, Китай).

Когда православие появилось на официальном уровне? Конфликт между Западом и Востоком характеризовался многочисленными разногласиями и претензиями папы на власть над всей Церковью. Согласно православной традиции, история православия начинается в 1054 году, когда христианские иерархи Востока и Запада предали друг друга анафеме и были отлучены от церкви. Это событие считается официальным актом разделения христианства на католицизм и православие.

История Православия в России XVII-XX веков

Во второй половине XVII века в Русской православной церкви произошел раскол (разделение). К этому привела реформа патриархом Никоном богослужебных книг и некоторых церковных обрядов. Противники реформы, старообрядцы, были преданы анафеме как еретики (отменена в 1971 году). До начала 20 века они подвергались преследованиям со стороны церковных и светских властей. Старообрядческая община легально действует не только на территории бывшего Советского Союза, но и в ряде других стран.

Период существования Русской Церкви с 1700 по 1917 год называется синодальным периодом. Петр I упразднил патриаршество и учредил государственный орган церковного управления – Святейший Синод. Эта реформа сделала Церковь почти полностью зависимой от государства и встроила ее в бюрократическую систему светской власти.

Патриаршество было восстановлено только после падения монархии, в революционном 1917 году. Впоследствии митрополит Московский Тихон (Белавин) был избран Предстоятелем Церкви России Всероссийским поместным собором.

История православия в России на протяжении большей части 20-го века – это история гонений со стороны безбожной советской власти. Подавляющее большинство церквей было закрыто или разрушено, а почти все священнослужители подверглись репрессиям. Религия рассматривалась властями как пережиток прошлого, мешающий развитию нового коммунистического общества. В частности, Русская церковь также рассматривалась большевиками как один из главных столпов ненавистной им монархической системы.

В период перестройки и празднования 1000-летия Крещения Руси возрождение православия пришло в Россию лишь во второй половине 1980-х годов.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: