Как расстреливали в нквд

Как обогащались палачи НКВД

как расстреливали в нквд

Русская семерка

В 20-х годах работники репрессивных органов молодой советской республики ввели строгий учет конфискованной у людей перед расстрелом одежды, денег и ценностей. В конце 30-х во времена «Большого террора» сотрудники НКВД стали наживаться на приговоренных к смерти граждан, отбирая у них вещи, деньги, часы и золотые коронки. Частным явлением стали приписки. НКВДисты запрашивали на имя смертника деньги, необходимые для его питания, хотя несчастный уже был расстрелян.

История вопроса

После победы в Гражданской войне большевики приступили к построению нового общества, а для этого уничтожали старое. Обычным явлением для страны рабочих и крестьян стали расстрелы. Перед приведением приговора в исполнение, осужденных раздевали до белья, а верхняя одежда и ценности конфисковались в пользу молодого государства. Вещи расстрелянных людей продавались через сеть спецмагазинов.

В августе 1919 года был издан указ, в котором говорилось, что по указанию ВЧК часть конфискованных вещей направляется для их распределения к начальнику охраны Ленина чекисту Беленькому. Полученные таким образом вещи переходили руководителям республики.

Если до начала «Большого террора» 1937-1938 годов власти вели учет отобранного у расстрелянных ценностей, то с началом массовых репрессий НКВД превратилось в мародерскую организацию.

Знаменитый академик Вернадский вспоминал что: «чиновники ЧК производят впечатление низменной среды — разговоры о наживе, идет оценка вещей, точно в лавке старьевщика».

Большой террор и большая нажива

После расстрелов 1937-1938 годов в отделах НКВД оказалось огромное количество одежды, которую руководство приказывало сжигать, однако сотрудники службы пытались всячески ее присвоить. Особенно много случаев было зафиксировано в Якутии, Тобольске, Куйбышеве, где врач внутренней тюрьмы Иванов не брезговал и нижним бельем.

Ограбление расстрелянных стало привычной процедурой, например, за распределение вещей среди сотрудников от работы отлучили зампреда Омской губчека Мосолова.

Начальник новосибирского НКВД Малышев со слов начальника особой инспекции облмилиции Чуканова: «поощрял мародёрство и не принимал никаких мер к тем, кто снимал ценности с арестованных, приговорённых к высшей мере наказания».

Подтвердил обвинения и оперуполномоченный местного угрозыска Михаил Качан, который свидетельствовал что: «при исполнении приговоров изымались деньги, которые затем тратились на попойки. Однажды мы нашли мало денег, так Малышев сказал, что сегодня были бедняки. Эти деньги никуда не сдавались. У одних китайцев были изъяты деньги 500 рублей, а затем их не нашли».

На Алтае помощник начальника управления НКВД Биримбаум и начальник оперотдела Лешин присваивали деньги, отобранные у арестованных. Биримбаума осудили за массовые нарушения законности, а Лешин, который непосредственно участвовал в расстрелах, обошелся строгим выговором за пьянку и халатность. Присваивали деньги расстрельные команды Ульяновской области, а начальника УНКВД Магадана обвинили в трате 80 тысяч рублей, изъятых у арестованных, большая часть которых была отправлена на расстрел.

Грабители НКВДисты из Украины

Особенно «прославились» в мародерстве работники украинского НКВД. Весной 1939 года было инициировано дело по расследовании злоупотреблений сотрудников УНКВД города Запорожье.

Вахтер горотдела Доров-Пионтошко на допросе 22 мая 1939 года сказал, что заместитель начальника отдела Янкович приказал ему снимать с расстрелянных людей одежду, а сотрудник Сабанский искал в ней деньги и ценности. Отобранные средства тратились на постоянные застолья и выпивку. Помимо Янковича и начальника горотдела Болдина незаконными действиями руководил товарищ Рихтер, который впоследствии стал начальником УНКВД Одессы.

Когда порядок расстрела изменили и на приговор осужденные шли без денег (конфисковались при аресте) Янкович и Болдин договорились с руководством местной тюрьмы, что каждому осужденному будет выдаваться по 3 рубля, якобы на его питания до расстрела. Деньги у осужденных изымались и делились между НКВДистами.

Одежда, снятая с осужденных перед расстрелом отправлялась в кладовую, но лучшие костюмы, пальто, туфли Янкович забирал себе или отдавал своим подельникам.

В феврале 1939 году под судом оказались работники внутренней тюрьмы НКВД по Харьковской области.

Под трибунал попали начальник тюрьмы Кашин, помощники коменданта Топунов и Таран, надзиратели Пушкарев, Руденко, Руть. Группу обвинили в отборе у осужденных денег и ценностей, а также их систематическом избиении. Тюремщики помимо денег присваивали различные вещи и выбивали у несчастных золотые зубы, а полученные ценности относили на местный рынок.

За период с лета 1937 по весну 1938 года в харьковской тюрьме расстреляли почти 7 тысяч человек.

Коллегия Верховного Суда СССР присудил Тарану и Рудю 10 лет заключения, Пушкарев получил 5 лет лагеря, Руденко — 2,5 года, а Топунов отделался условным сроком. Такое же расследование произошло в январе 1941 года в украинском городе Умань, где за 1937 год местные работники НКВД во главе с товарищем Абрамовичем присвоили 42 тысячи рублей.

Источник: https://weekend.rambler.ru/read/43351192-palachi-marodery-kak-obogaschalis-rasstrelnye-komandy-nkvd/

Допрос женщин в нквд рассказы. Пытки в нквд которые оценили в германии

как расстреливали в нквд

В неравной борьбе с организованной преступностью, как говорится, все средства хороши – по крайне мере так считали опытные «старожилы» народного комиссариата внутренних дел (НКВД).

Чтобы добиться признания от изменщиков Родины, государственных преступников и уголовников, чекисты применяли на практике самые разные методы. Вот некоторые из них.

«Испытание» сигаретами
Особо неразговорчивых людей чекисты часто использовали в качестве пепельницы – в закрытом помещении они дружно курили сигареты, а затем тушили окурки прямо на коже человека. Процедура эта была крайне болезненной и крики жертвы были слышны за пределами комнаты.

Избиение без следов
Сотрудников НКВД специально обучали искусству нанесения «тяжких телесных» так, чтобы не оставалось совершенно никаких следов. Приобретенные навыки они использовали во время допросов. Подследственных избивали мешками с песком, деревянными линейками и резиновыми галошами. При этом бить старались только по области гениталий.

Истязание людей звукомВо время допроса человека заставляли громко отвечать на поставленные вопросы, а если жертва играла в «молчанку», то чекисты использовали другой проверенный прием. Они подходили вплотную и, направив рупор в сторону уха, начинали громко кричать, требуя признания. Очень часто «испытуемые» теряли слух или попросту сходили с ума прямо в камере.

Длительные пытки жаждой

Человека содержали в одиночной камере и полностью лишали воды. При этом жертву обильно кормили пересоленной пищей, в результате пить хотелось еще больше. Как правило, редко кто выдерживал в таких условиях более 3-5 дней.

Стандартный «тест» для женщин
Если представительницы прекрасного пола отказывались давать показания, чекисты с ними особенно не церемонились – помещали в одну камеру с истосковавшимися по любви уголовниками, которые насиловали несчастных женщин сутками напролет. Обычно после всего произошедшего жертвы все рассказывали и после этого заканчивали жизнь самоубийством.

По воспоминаниям бывших узников следственной тюрьмы известной как «Сухановка» или Спецобъект №110 там использовалось 52 разновидности пыток. В 1938 году тюрьму оборудовали в помещении монастыря Святой Екатерины в Подмосковье. Подробный список «методов», которые использовались для получения нужных властям показаний, составила в книге «Сухановская тюрьма. Спецобъект 110» историк, исследователь ГУЛАГа Лидия Головкова.

Пытки НКВД

Самым простым методом, который использовался в пыточной тюрьме, были избиения заключенных, пишет исследователь. Избивать людей могли сутками без перерыва, посменно — следователи меняли друг друга, работали не покладая рук. Еще один довольно распространенный в то время способ получения показаний — испытание бессонницей: заключенного могли в течение 10-20 дней на долгое время лишать сна.

Были в арсенале палачей и более изощренные средства. Жертву во время допроса сажали на ножку табуретки таким образом, что при любом движении подследственного она входила в прямую кишку. Другим способом истязания была «ласточка» — заключенным связывали длинным полотенцем голову и ноги через спину. Вытерпеть такое невозможно, но людей в подобном состоянии держали часами.

Изобретательность следователей-садистов можно сопоставлять с изощренной фантазией маньяков из кино. Людям под ногти втыкали булавки, били дверями пальцы. Жертв террора сажали в так называемые «салотопки» — карцеры, где поддерживали высокую температуру. Пытали заключенных и в бочках с холодной водой. Следователь мог наполнить графин своей мочой и заставлять пить жертву.

Свидетельств о том, что кто-либо выдерживал нечеловеческие мучения, практически нет. В тюрьмах ломали бывалых военных. Генерал Сидякин после истязаний сошел с ума: Головкова пишет, что он начал выть и лаять по-собачьи. Многих после допросов отправляли на принудительное лечение в психиатрические больницы.

По документам известен один случай, когда заключенный уцелел в спецучреждении и выдержал пытки. Михаил Кедров, бывший чекист, который пожаловался на злоупотребления в органах, прошел через пыточную тюрьму, не сознавшись в обвинениях. Это помогло ему на суде — его оправдали.

Правда уйти от сталинских палачей ему не удалось: после начала Великой отечественной войны его расстреляли без возобновления следствия по приказу Лаврентия Берии.

Машины-убийцы

Комиссар госбезопасности часто лично издевался над жертвами. Перед расстрелами заключенных он приказывал своим подручным избивать их. Перед уходом на тот свет заключенному должны были «набить морду», видимо это доставляло главному сталинскому палачу какое-то особенное удовольствие. Лаврентий Берия появлялся лично на спецобъекте, в тюрьме у него был свой кабинет, из которого персональный лифт спускался в помещения для пыток.

Источник: https://hookahday.ru/dopros-zhenshchin-v-nkvd-rasskazy-pytki-v-nkvd-kotorye-ocenili-v/

Как сложилась судьба палачей НКВД?

как расстреливали в нквд

10 июля 1934 года поставновлением ЦИК СССР был образован Народный комиссариат внутренних дел — НКВД. Возможно, одна из самых кровавых организаций в истории, за ними прочно закрепилось лишь одно слово — расстрел.

Тем не менее стоит признать, что реальных преступников нквдшники тоже ловили, но в их ведении так же находились разведка, контрразведка и даже комунальное хозяйство. Они были «мечом пролетариата», который пролил реки крови.

Многие, конечно, могут сказать, что они были лишь орудием и выполняли приказы, но в рядах организации так же служили и настоящие садисты и мясники. Их и вспомним.

Василий Блохин

Был настоящим профессионалом своего дела, он собственноручно отправил на тот свет около 20 000 человек.

С самого начала карьеры и до ее завершения он был бессменным командующим расстрелами, именно Блохин был тем, кто расстрелял поляков под Катынью, где был вынесен смертный приговор около 5 000 пленным.

После службы Блохин получил множество разнообразных наград и был ужаваемым человеком с премией в 3150 рублей. После ареста Берии, его в чине генерал-майора лишили всех званий, наград и пенсии. Умер от инфаркта в 1955 году.

Сардион Надарая

Будучи земляком Берии Надарая построил быструю и великолепную карьеру. После 11 службы он был назначен начальником внутренней тюрьмы НКВД в Грузинской ССР. Прославился своим умением «добывать» нужные сведения из пленников. На его счету около 10 000 смертей.

Пиком его карьеры стало назначение на должность начальника личной охраны Берии. Кроме выполнение приказов в его задачи также входила доставка женщин для Лаврентия Павловича, который, как известно, мог просто пальцем указать на мимо проходящую женщину и тогда Надарая открывал охоту на жертву.

В 1955 году был осужден на 10 лет, которые отсидел и умер в старости на родине в Грузии.

Петр Магго

Классический пример человека на своем месте. Безумный садист после службы в карательных отрядах получил в свое распоряжение внутреннюю тюрьму НКВД, где несмотря на чин и должность продолжал участвовать в расстрелах иногда впадая в полубезумное состоянии.

Искусство расстрела он пытался довести до идеала, обучая новых палачей как правильно выводить пленников, как правильно стрелять, чтобы не запачкать одежду. Награжден знаком «Почетного чекиста», орденами Красного знамени и Ленина.

Умер в 1941 году от цирроза печени.

Василий и Иван Шигалевы

Уникальный случай двух братьев в рядах НКВД. Василий был идеальным исполннителем, который справлялся с поручениями любой сложности. Он был настолько ценен, что начальство даже не обратило внимание на донос на него, а тогда такой бумажки было достаточно для расстрела.
Младший брат был менее исполнительным, но тоже сделал блестящую карьеру, а наград получил даже больше. Имеет медаль «За оборону Москвы» хотя и не убил ни единого немца, зато своих расстрелял тысячи.

Александр Емельянов

Подполквник был уволен со службы по причине шизофрении. Болезнь развилась из-за «качественного исполнения работы». По его же словам, чтобы не сойти с ума водку нквдшники пили как проклятые, а чтобы смыть с себя запах крови приходилось мыться одеколоном

Эрнест Мач

Латышский пастух, который стал сотрудником НКВД для особых поручений. 26 лет службы для Мача тоже не прошли даром, он был уволен в связи с психическим расстройством. Но до тех пор успел обучить не один десяток новых палачей.

ЭТО ИНТЕРЕСНО:  Что подарили волхвы младенцу иисусу

Можно как угодно коверкать историю, но кровь тысяч невинно загубленых душ с рук этих людей да и всего НКВД стереть будет невозможно. Очень уж много НКВД сделало для того, чтобы снискать себе исключительно черную славу.

Ну а пытаться оправдать их действия, якобы они лишь выполняли приказы и прочее даже не стоит. Что подобное говорил и Эйхман в Иерусалиме, но ему как-то это не помогло.

Источник: http://back-in-ussr.com/2017/12/kak-slozhilas-sudba-palachey-nkvd.html

Петр Магго — черный ангел НКВД (18+)

Будущий штатный палач родился в городе Динабург (сейчас — Даугавпилс, Латвия) в 1879 году. Он происходил из крестьянской семьи, окончил два класса сельской школы. Брожения в Российской империи, произошедшие в начале двадцатого века, не миновали Петра Ивановича. Причем поначалу он защищал интересы монархии и принял участие в подавлении революционных выступлений в 1905 году.

Затем Петр Иванович ушел добровольцем на фронт во время Первой Мировой войны. Он отличался устойчивой психикой и сдержанными эмоциями. Когда власть в России захватили большевики, Магго примкнул к ним. Немногословный, уравновешенный и замкнутый Петр начал работать в ВЧК в 1918 году. Вскоре его назначили надзирателем внутренней тюрьмы ВЧК. А затем и ее начальником. Параллельно он являлся комендантом дома под номером одиннадцать, что на Большой Лубянке.

Петр стал штатным палачом. На такую работу его отправили из-за подходящего характера. В то время партия уже объявила политику террора, решив уничтожить как можно больше белогвардейцев и всех других противников большевистского режима.

Магго, которого коллеги называли Маг, рьяно взялся за работу. А ее, надо сказать, хватало. Начальство было в восторге. Петр всегда выполнял приказы, не задавал лишних вопросов и отличался молчаливостью.

Именно таким и должен был быть идеальный «сотрудник» расстрельной команды.

«Рабочее место» Магго находилось во внутренней тюрьме ВЧК, расположенной на стыке Большой Лубянки и Варсонофьевского переулка. Многочисленные «враги народа» ждали своей неминуемой смерти в самом низу.

Там, в подвале, куда вела винтовая лестница, многим смертникам приходилось располагаться прямо на полу, поскольку нар на всех не хватало. Занимая должность начальника внутренней тюрьмы, Магго мог уже не участвовать в расстрелах. Но нет, ему это нравилось.

И когда в 1924 году Петра отстранили от расстрелов, он сильно переживал по этому поводу.

Палач и до этого события злоупотреблял алкоголем, а лишившись любой работы и вовсе стал запойным. Но человек с сильным характером не мог просто сдаться. Спустя несколько лет Магго попросился обратно. И его просьбу удовлетворили. Штатные палачи тогда были нужны. Коллеги вспоминали, что Петр Иванович не был идейным.

Он совершенно равнодушно относился и к партии, и к ее врагам. Ему просто нравилось убивать. Эдакий маньяк, который свое любимое занятие превратил в официальную работу. При этом, палачу было абсолютно все равно, кому требовалось пустить пулю в затылок. Он являлся чуть ли не единственным расстрельщиком, который не отказывался от убийств женщин.

Магго нравилось, когда его молили о пощаде.

Штатные палачи. (newsland.com)

Работал Петр без выходных и праздников. Когда же выпадал день без расстрелов, Маг не находил себе места. Он бесцельно бродил по тюрьме, тоскливо глядя то под ноги, то в потолок. А выражение его лица в это время говорило о мучении. Зато перед расстрелами Петр наоборот, оживлялся. Он ходил мимо камер, осматривая смертников, тех, кому именно в самое ближайшее время предстояло отправиться на тот свет.

Василий Блохин и его «лучший исполнитель»

Магго считался едва ли не лучшим исполнителем «особых поручений». В обычный «рабочий» день он лично убивал от трех до десяти человек. Но иногда «по праздникам» эта цифра возрастала. А после «смены» он становился невменяемым. Палач буквально сходил с ума.

Он мог направить оружие на кого-нибудь из коллег, посчитав того за приговоренного к расстрелу. И только алкоголь мог успокоить Магго. Он пил так сильно, что не мог стоять на ногах. И домой его отвозили на машине. Как и все остальные палачи НКВД, Петр мылся одеколоном.

Это была единственная возможность хоть как-то перебить въевшиеся в тело запахи пороха и крови.

Вообще, штат расстрельных групп постоянно менялся. Далеко не каждый мог физически и психологически вынести тяжесть работы. Поэтому Магго, как старожилу, частенько приходилось делиться опытом с «новобранцами». Он рассказывал, как следует обращаться с приговоренным, куда его вести и как правильно ликвидировать. Например, Петр советовал одновременно с нажатием на спусковой крючок, толкать смертника ногой, «чтобы кровь не обрызгала гимнастерку».

За годы работы к Магго не было ни одной претензии. Он лично расстрелял Каменева и Зиновьева, а также ещё несколько тысяч «врагов народа». Понятно, что точное количество жертв палача установить невозможно. Но по предположительным данным, на его счету порядка десяти тысяч человек. Он удостоился самых почетных орденов: Ленина, Красной Звезды и Красного Знамени.

Источник: https://diletant.media/articles/45275832/

6 главных палачей НКВД: что с ними стало »

Пик сталинских репрессий пришелся на 1937 год (расстреляны 353 047 человек) и 1938 год (уничтожен 328 681 человек). Из архивных данных видно, что потом количество расстрелов сокращается: в 1939 году — 2552 человека, в 1940-м — 1694, в 1950-м — 1609 человек. 60% смертей приходилось на Москву, где после допроса и непродолжительной отсидки на Лубянке «тройка» выносила приговор.

Первоначально в ВЧК не предусматривалась такая должность, как штатный палач: если приговор вынесен, то исполнить его обязан каждый чекист. На практике целые десятилетия расстрелами осужденных занимались одни и те же люди. Их неофициально называли спецгруппой. Они способны были ежедневно участвовать в казнях. Не каждый чекист мог это выдержать.

Эти люди имели «устойчивую» психику и были преданы делу. Часто даже их семьи не знали, чем они занимаются на самом деле. Один из членов расстрельной команды чекист Александр Емельянов вспоминал, что все они пили водку до потери сознания и очень уставали от «работы». Для того чтобы избавиться от запаха крови им приходилось буквально обливаться одеколоном, но собаки на улицах все равно чуяли кровавый дух и шарахались от палачей.

Емельянов два десятилетия занимался расстрелами и был уволен со службы в 1949 году по причине развития у него шизофрении. Впоследствии палач получил инвалидность и пенсию.

Генерал Блохин – «рекордсмен» расстрелов

Василий Михайлович Блохин лично расстрелял, по одним данным, 15 тысяч человек, однако есть мнение, что на его совести до 50 тысяч человеческих жизней. Он убил Тухачевского, Якира, Уборевича, Косиора и других видных деятелей того времени. В отличие от своих коллег по смертельному ремеслу дожил до старости и не сошел с ума. В процессе расстрелов всегда соблюдал технику безопасности, не употреблял спиртное и одевал на себя кожаный фартук и перчатки, чтобы не запачкать одежду кровью.

В начале 1939 года Л.П. Берия хотел арестовать Блохина за связь с осужденным ранее секретарем НКВД Булановым и наркомом Ягодой. Санкцию на арест Лаврентий Павлович просил у И. Сталина, но тот отказал ему. Вождь народов сказал, что таких людей сажать не надо, они выполняют черную работу и делают это хорошо.

На расстрелы Блохин настраивался: читал книги о лошадях, которых очень любил, и выпивал несколько чашек крепкого чая. В Катыни уничтожил 700 человек. Приводил в исполнение приговоры, вынесенные его коллегам по НКВД. В 1945 году получил звание генерал-майора и пенсию в размере 3 150 рублей, что в 5 раз превышало среднюю зарплату. После ареста Берии был разжалован и лишен пенсии. В 1955 году умер от инфаркта, по другой версии, застрелился.

Петр Магго – фанат своего дела

Латыш Петр Иванович Магго за многие годы участия в расстрелах убил более 10 тысяч человек. Он начал службу в карательном отряде, после чего стал начальником внутренней тюрьмы ВЧК, а позднее — комендантом Лубянки. По воспоминаниям сослуживцев, Магго нравилось убивать, и часто он входил в раж. Например, однажды заставил встать к стенке сослуживца — чекиста Попова, которого из-за возбуждения не узнал.

Палач считал расстрел особым искусством и любил делиться опытом. Он учил новичков, как выводить осужденных на казни и как делать выстрел, чтобы крови были меньше: ствол пистолета следует навести на основание шеи и слегка поднять его вверх, таким образом пуля вылетит из глаза и крови будет немного. В 1940 году после 20 лет «службы» палача отправили на пенсию. Через год Магго окончательно спился и умер от цирроза печени.

Сардион Надарая – личный охранник Берии

Надарая Сардион Николаевич работал начальником внутренней тюрьмы НКВД Грузинской ССР, а позднее стал начальником личной охраны Лаврентия Берии. На его счету до 10 тысяч расстрелянных.

Василий и Иван Шигалевы – семейный подряд палачей

Братья Василий и Иван Шигалевы отличались ответственностью и исполнительностью. Когда начальству поступил донос на Василия, который якобы сотрудничает с врагами народа, командиры не дали ход делу.

Они понимали, что обвинения состряпаны, а терять такого ценного сотрудника они не хотели. За свою почти 20 летнюю службу братья получили множество наград, в том числе и боевых, хотя на фронте никогда не были.

После увольнения оба палача быстро умерли: Василий — в 1942-м, а Иван — в 1945 году.

Эрнст Мач: из пастуха в майоры НКВД

В молодости латыш Эрнст Ансович Мач пас скот, но революция помогла ему стать тюремным надзирателем, а позднее — сотрудником НКВД. На протяжении 26 лет Мач участвовал в расстрелах заключенных. Сколько человек он убил за эти годы, точно неизвестно, но понятно, что счет идет на тысячи.

Завершив карьеру палача, Эрнст Ансович занимался обучением молодых чекистов — передавал им свои знания заплечных дел мастера. Со службы Мача уволили по причине психического расстройства, спровоцированного прежней «нервной» работой.

Источник: https://topast.ru/6-glavnyh-palachei-nkvd-chto-s-nimi-stalo/

Стыдные вопросы про 1937 год Что такое Большой террор? Для чего были нужны репрессии? Сталин лично отдавал приказы о расстрелах? — Meduza

30 июля 1937 года был подписан секретный приказ НКВД № 00447.

Этот день считается началом Большого террора — периода политических репрессий, во время которого в 1937-1938 годах в СССР было арестовано не менее 1,7 миллиона человек (более 700 тысяч из них были казнены): «враги народа», «контрреволюционеры», «вредители», а также их родные и близкие. В годовщину Большого террора «Медуза» попросила историка Сергея Бондаренко, сотрудника центра «Мемориал» ответить на стыдные вопросы о сталинских репрессиях 1937-1938 годов.

Что именно произошло в 1937 году?

Летом 1937 года стартовала целая серия государственных репрессивных кампаний, которую мы теперь знаем под общим названием «Большой террор» (это название предложил в конце 1960-х британский историк Роберт Конквест, после перестройки термин получил широкое распространение и в России).

 Приказом НКВД № 00447 была объявлена «кулацкая операция», в рамках которой арестовывали крестьян, священников, бывших дворян, а также людей, так или иначе заподозренных в связях с белым движением или оппозиционными политическими партиями. Почти параллельно с этим проводились «национальные» операции — по заранее составленным спискам арестовывали немцев, поляков, латышей и многих других иностранцев и граждан СССР.

С арестами нескольких крупных военачальников начались чистки в армии. Тысячи людей попали в лагеря по обвинению в связях с врагами народа — это были так называемые ЧСИР, «члены семей изменников Родины».

Зачем это было нужно? И почему именно в 1937 году?

Несмотря на то, что в середине 1937 года произошел резкий всплеск государственного террора, подготовительная работа к нему велась в предыдущие годы. Точкой отсчета часто называют 1 декабря 1934 года — в этот день был убит глава ленинградской партогранизации, секретарь ЦК Сергей Киров (роль в этом убийстве самого Сталина до сих пор до конца не выяснена).

В последующие годы не только увеличилось количество арестов, но и прошли «открытые судебные процессы» в Москве над бывшими партийными лидерами, «право-троцкистским блоком», произошло масштабное обновление кадров в госбезопасности (наркома Ягоду сменил нарком Ежов), о необходимости ужесточать репрессии много писали в прессе.

Шла подготовка к новой волне государственного террора: открывались лагеря, в которые должны были поехать будущие «враги», формировались специальные комиссии по рассмотрению их уголовных дел.

Существует множество объяснений тому, почему самые масштабные репрессии стали разворачиваться именно в 1937 году.

Помимо собственно внутренней логики развития событий (Николай Ежов возглавил НКВД еще в сентябре 1936 и готовил свое ведомство к проведению массовых чисток почти целый год), часто справедливо указывают на большую роль внешнеполитической ситуации — ход войны в Испании, где коммунисты терпели поражения от армии Франко, усиление нацистской Германии и всеми ощущавшееся приближение новой большой мировой войны. На этом фоне в СССР активизировалась шпиономания, поиск внутренних врагов, первыми кандидатами в которые как раз и были «бывшие люди» («кулаки», священники, эсеры) и все их окружение — семьи, друзья, коллеги по работе. 

Другая, не менее важная причина — собственно система управления, сложившаяся в СССР за 20 лет, прошедших со времен революции. В отсутствие каких-либо гражданских и политических свобод, в отсутствие реальных выборов в органы власти и свободы слова, главным способом проведения каких-либо социальных преобразований оставался террор.

Насилие стало привычным, репрессии хоть и пугали, но принимались как должное, как часть повседневности. В этом отношении события 1937 года уникальны только своими масштабами и интенсивностью — уже миновали и Красный террор, и коллективизация-раскулачивание, и организованный индустриализацией голод в Украине, Казахстане и Поволжье первой половины 1930.

Большой террор в этом смысле — просто еще одно уникальное событие в уже существовавшем ряду других.

ЭТО ИНТЕРЕСНО:  Почему буддизм стал мировой религией

Сколько всего было жертв? Почему часто говорят, что масштабы террора преувеличены?

За активный период Большого террора — с августа 1937-го по ноябрь 1938 года (когда был снят Ежов) — по политическим обвинениям были арестованы более 1 миллиона 700 тысяч человек. Из них более 700 тысяч были расстреляны.

И это нижняя статистическая планка — в тот же период люди по-прежнему высылались и депортировались «в административном порядке» (не менее 200 тысяч человек), сотни тысяч были осуждены как «социально-вредные элементы».

Множество формально уголовных статей того времени (например, наказания за опоздание или «прогул» работы) также могут трактоваться как политические по своей направленности. Все это позволяет добавить к статистике довоенного террора еще как минимум несколько сотен тысяч жертв.

Утверждения о «преувеличенных масштабах» террора 1937-1938 годов, как правило, связаны с двумя идеями. Сомнению подвергается якобы «сфальсифицированная» статистика (хотя в настоящее время уже опубликованы многочисленные региональные «планы» по арестам, сталинские списки на расстрел, во многих регионах вышли Книги памяти, основанные на архивных данных), или — что встречается даже чаще — сама суть «политических» обвинений: многие считали, что ели кого-то арестовали, значит было за что.

Ну не просто так же арестовывали? Наверняка кто-то был виновен!

Главной особенностью советского политического террора конца 1930-х являлась его принципиальная иррациональность и непредсказуемость. Этим он отличается, например, от часто сопоставляемого с ним нацистского террора.

Да, принадлежность к какой-либо из «неправильных» категорий граждан могла нести в себе угрозу — однако арестовывали и дворников, и машинистов, и домохозяек, и спортсменов, и художников; словом, кого угодно.

Лишь очень небольшой процент арестованных действительно занимались какой-то нежелательной деятельностью (является ли любое деяние, расходящееся с политикой партии, преступлением — отдельный вопрос). Все остальные были принадлежали обычному законопослушному гражданскому «большинству».

Поскольку следствие по делам зачастую велось с активным применением пыток — физическим насилием, угрозами семьям обвиняемых, «пыткой сном» (запрет спать днем и постоянные ночные допросы), — доля «признавшихся» была близка к 100 процентам. Признательные показания оставались важнейшим аргументом в пользу виновности человека — так же, как и показания уже арестованных или расстрелянных знакомых и коллег.

Правда ли, что чистки затронули в первую очередь само партийное руководство?

Из 1,7 миллиона политически репрессированных лишь около 100 тысяч так или иначе имели отношение к большевистской партии — это были или комсомольцы, или рядовые партийцы, или (их было немного) партийные начальники.

Безусловно, одной из задач в ходе террора для Сталина было уничтожение «старых большевиков» и революционеров, однако на практике многие из них уже к тому моменту были оттеснены на вторые и третьи роли и не составляли никакой реальной оппозиции в партии.

Идея о Большом терроре как терроре против партии появилась в хрущевское время, когда главными жертвами преступлений Сталина стремились объявить «верных ленинцев», попутно преуменьшая общий масштаб самих репрессий.

Почему в репрессиях винят Сталина, если доносили друг на друга сами граждане?

Еще один очень распространенный миф о репрессиях — «три (иногда говорят два, иногда — четыре) миллиона доносов». Активное написание доносов было частью всеобщей политической истерии — без всяких сомнений они сыграли свою роль в массовых арестах, однако гораздо больше людей арестовывали просто по спискам, по заранее составленным и заверенным «планам», где фигурировали все «неблагонадежные» граждане разных уровней.

Кроме того, многие доносы писались под колоссальным психологическим давлением — уже на стадии следствия люди оговаривали своих близких, очень часто перед ними стоял выбор между возможностью (чаще всего иллюзорной) личного выживания и необходимостью подписать бумагу против другого человека. Доносы — это часть другого, ключевого вопроса: о гражданской ответственности всего общества за государственный террор. Признание сопричастности многих людей к его проведению очень важно, однако считать репрессии чистой «инициативой снизу» также не следует. 

Сталин лично отдавал приказы о расстрелах или все-таки нет?

Разумеется, да. Из 383 списков, составленных на личное визирование членам Политбюро — так называемых «сталинских списках» — Сталин лично подписал 357. Общее количество осужденных по такому «списочному принципу» — 44,5 тысячи человек. Абсолютное большинство из них — расстреляно.

Кроме того, вся архитектура террора была выстроена самим Сталиным и его близким окружением, а проводились репрессии под его непосредственным контролем: он получал докладные записки о ходе арестных кампаний, сам добавлял в списки имена отдельных людей, а также читал протоколы следственных допросов. 

Как была устроена система учета арестов и расстрелов?

В отличие от многих других более ранних репрессивных кампаний (Красного террора, раскулачивания) крупные операции Большого террора довольно хорошо задокументированы. Помимо уже упоминавшихся «сталинских списков», сохранились многочисленные шифровки с мест с просьбой уточнить или увеличить «планы» по арестам, которые спускались из центра.

Количество арестов фиксировалось, по количеству арестов отчитывались. Следователи вели между собой «социалистическое соревнование» по числу рассмотренных дел.

Наконец, на архивно-следственных делах арестованных в 1937-1938 годах стоит гриф «хранить вечно»: при желании каждый может пойти и прочесть подробности хода дел большинства арестованных (и реабилитированных) жертв Большого террора.

А бывало, что человека арестовывали, а потом понимали, что ошиблись и отпускали?

Истории о чудесных освобождениях и спасениях уже арестованных людей, как правило, относятся к 1920-м или первой половине 1930-х годов. Сам ход следствия в 1937-1938 годов оправдания не подразумевал: у обвиняемого не было права ни на адвоката, ни на пересмотр дела (очень часто приговоры приводились в исполнение в один день с решением суда или «тройки» — внесудебного органа для вынесения приговоров).

Часть людей, арестованных при Ежове, были отпущены в 1939-м — иногда это называют «бериевскими амнистиями».

Тем, кому по тем или иным причинам повезло не получить свой приговор к ноябрю 1938-го, иногда удавалось добиться пересмотра дела — особенно часто это происходило, если в деле менялся следователь или дело еще формально не было доведено до конца.

Впрочем, многие из этих сотен тысяч человек все равно были арестованы позднее — в ходе войны или сразу же после — в 1947-1948 годах, когда повторно арестовывались пережившие лагерь жертвы Большого террора.

Сколько человек наказали за участие в расстрелах? Вообще была ли какая-то система наказания чекистов?

По известной нам статистике за год, прошедший после снятия Ежова, вместе с ним было арестовано около тысячи сотрудников НКВД.

Как и в самый жестокий момент коллективизации, террор был списан на «перегибы на местах», в нем обвинили конкретных исполнителей. И все равно далеко не все чекисты были наказаны или хотя бы отстранены от должности.

Многие из активных исполнителей Большого террора продолжали работать в ходе войны, получали военные награды за «политическую работу в армии» и вернулись с войны героями.

Людей, конечно, жалко, но ГУЛАГ хотя бы был эффективным?

Мы говорим о гигантской и очень многосоставной системе, сформировавшейся не в 1937-м, а гораздо раньше, на рубеже 1920-1930-х годов. ГУЛАГ состоял не только из политических заключенных, там же были и уголовники — а также и охранники, и лагерное начальство. Это одновременно и грандиозная биржа труда, и машина массового убийства.

Время Большого террора в лагерях также связано с массовыми расстрелами, с очень тяжелыми условиями для выживания заключенных (хуже в некоторых местах было только в войну — когда совсем не было продовольствия).

Можно, конечно, начать разбираться, когда построили больше, что было строить нужно, а что оказалось бесполезным — но все равно экономическая целесообразность ГУЛАГа остается вопросом этическим: какой именно коэффициент затраченного рабского труда и какое количество погибших людей кажется нам «эффективным» применительно к количеству построенных заводов или городов? Одновременно с этим сама экономика ГУЛАГа подробно проанализирована современными исследователями и ни в какой степени не выглядит «успешной» — подневольный труд вообще крайне редко бывает эффективнее свободного.

Источник: https://meduza.io/feature/2017/07/29/stydnye-voprosy-pro-1937-god

Коррупция в НКВД | Уроки истории XX век

Сегодня 9 дней со дня ухода замечательного человека, белорусского писателя и журналиста Владислава Ахроменки. Незадолго до своей смерти он передал «Урокам истории» материал, целиком основанный на рассекреченных украинских архивных материалах. Публикуем этот материал в авторской версии.  Im memoriam всю до конца ноября б​​​​​​елорусское радио Рация передает архивные репортажи Владислава Ахроменки. Программа передач доступна по ссылке. 

***

Даже при беглом взгляде на кадровую политику ОГПУ-НКВД-НКГБ неизбежно встает вопрос: почему в советских спецслужбах так часто менялось руководство? Зачем, например, было расстреливать Ягоду, чтобы на его место поставить Ежова, которого затем тоже расстрелять, назначив Берию? Неужели нарком НКВД БССР товарищ Наседкин уничтожал врагов народа с меньшим рвением, чем сменивший его товарищ Цанава? При этом чекистов в 30-х годах репрессировали подчас с нелепыми обвинениями наподобие «участие в фашистском заговоре» или «связи с иранско-британской разведкой»

Естественно, никаких «заговоров» и «шпионских связей» связей там не было и в помине. В делах чекистов, которых столь часто репрессировали в 1936-1940 гг., была иная преступная составляющая, полностью, к тому же доказанная. Но составляющая эта была настолько постыдной для НКВД, что в учебниках истории о ней ни слова.

Чекистская элита: миллионерские особняки, речные круизы и личный зоопарк

В середине тридцатых годов Всеволод Аполлонович Балицкий считался едва ли не самым перспективным руководителем НКВД. Из бесконечной череды малообразованных  и безграмотных чекистов он выделялся хотя бы тем, что учился в университете. Изъяны буржуазного образования не мешали Балицкому пламенно бороться с многочисленной контрреволюцией; свою преданность он доказал еще в Гомельской ЧК в 1919 году.

СВЕДЕНИЯ О ДВИЖЕНИИ И ВЫНЕСЕНИИ ПРИГОВОРОВ РЕВОЛЮЦИОННЫХ ТРИБУНАЛОВ ПРИ РЕВВОЕНСОВЕТЕ ГОМЕЛЬСКОГО УКРЕПЛЕННОГО РАЙОНА

Дел, переданных следкомом Гомельского Ревтрибунала       — 105

Дел от Гомельского Ревтрибунала       —   8

Поступило разных новых дел        — 13

ИТОГО          126

Разобрано дел           — 28

Смертные приговоры вынесены — по 16 делам

Расстреляно — 33 человека

Балицкий последовательно прошел все ступеньки иерархической лестницы и в 1934 году стал наркомом внутренних дел УССР. Врагов народа теперь расстреливали тысячами: Балицкий входил в состав «троек», которые регулярно подписывали смертные приговоры. В УССР тем временем создавался культ личности Всеволода Аполлоновича: его именем называли стадионы, Дома культуры и даже детские дома.

Балицкий добился значительного увеличения финансирования НКВД УССР. Кроме советских рублей, чекисты получали огромные суммы и в валюте, которые шли на содержание коммунистических движений за границей, а также на оплату зарубежной агентуры. Контролировал финансовые потоки нарком НКВД самолично.

8 мая 1937 года Балицкого перевели якобы на повышение, начальником УНКВД на Дальнем Востоке, но уже через два месяца арестовали и доставили на Лубянку. Бывшему наркому НКВД, а теперь разоблаченному врагу народа В.А. Балицкому предъявили дежурное обвинение в «фашизме», «троцкизме» и «участии в антисоветском заговоре».

Никакого заговора, как следует из анализа дела Балицкого, естественно, не было. Однако поводов для ареста было предостаточно и без этого. 

ВЫПИСКА ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА

Обвиняемого Рубинштейна Наума Львовича,

бывш. особоуполномоченного НКВД УССР от 10 июля 1937 г. 

На кутежи и прихоти тратились огромные государственные средства. Я уже показывал о миллионном ремонте дома Балицкого и других расходах. Могу добавить, что оборудование увесилительного судна «Днепр» обошлось около 800 000 рублей. Каждая поездка обходилась в 5-6 тыс. рублей.

Дача «Хоста», дом отдыха «Дедовщина», дачи в Одессе стоили несколько миллионов, причем пропускали через них очень узкий круг лиц, почти ограниченной нашей группой. ()

Надо сказать, что вокруг этих дач плодилось очень много жуликов, которые также разворовывали огромные средства.

Евгеньев* с Мидлиным** крали вещи, продукты, вина () Евгеньев с «Днепра» забрал даже посуду и всякую утварь. Для Балицкого по всем городам искали ишака. Нашли и купили за 5 000 рублей в Полтаве.

В парке особняка Балицкого был устроен зоологический сад, в доме оборудованы оранжереи.

Балиций и его жена весьмя тяготели к приобретению драгоценных портативных вещей. () покупались дорогие картины ценой в 5 000 рублей. Сама Балицкая ходила по антикварным магазинам и покупала () дорогие вещи, за которые расплачивался Циклис.

________

*   Евгеньев А.И., — капитан Госбезопасности, секретарь коллегии НКВД УССР, расстрелян в 1938 г.

** Мидлин С.А. – капитан Госбезопасности, расстрелян в 1938 г.

*** Циклис С.М. – майор Госбезопасности, расстрелян в 1938 г.

Бывший пламенный чекист В. А. Балицкий, оказавшийся расхитителем социалистической собственности, был расстрелян в день своего сорокапятилетия, 27 ноября 1937 г. на подмосковном полигоне «Коммунарка». Судьба ишака из личного зоопарка наркома НКВД по архивам не прослеживается.

Областное руководство НКВД: контрабандные автомобили, проститутки за государственные деньги и валютные махинации

Врага народа Балицкого на должности наркома НКВД УССР сменил товарищ Леплевский, бывший до того наркомом НКВД БССР. Однако и Леплевский вскоре оказался «фашистским заговорщиком», «сионистом» и «троцкистом»; 28 июля 1938 г. он был расстрелян на том же полигоне «Коммунарка».

ЭТО ИНТЕРЕСНО:  Что входит в понятие

Новый руководитель НКВД УССР, Александр Успенский принялся деятельно вычищать скверну из «органов». Одной из первых жертв стал Авраам Геплер, заместитель начальника областного НКВД г. Чернигова.

Авраам Ильич прекрасно знал правила игры, и потому посчитал за лучшее не упорствовать

ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА Геплера Авраама Ильича от 11 августа 1938 г.

ВОПРОС: Вы арестованы как активный враг Советской власти. Требуем правдивых показаний.

ОТВЕТ: Будучи арестован и находясь под стражей, я продолжительное время вел активную борьбу со следствием. () Я – троцкист.

Враг Советского государства () Пробравшись в органы НКВД исключительно с целью с целью предательства, я на протяжении всей своей работы был связан с такими же врагами Коммунистической партии и Советской власти, как и я: троцкистами, шпионами, саботажниками, контрабандистами и другими предателями, вкупе с которыми осуществлял свое вражеское дело () Укрывал от репрессий крупных врагов, шпионов, троцкистов, сионистов () Используя свое служебное положение, я занимался контрабандной деятельностью, пьянством. В целях пьянства и сожительства с женщинами я совместно со своими друзьями бросил оперативную работу и выезжал у другие города ()

ИЗ ЗАЯВЛЕНИЯ НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ УСПЕНСКОМУ

Начальник отряда Ямницкий, помимо занятия контрабандой, проводил различные валютные махинации, имел всегда много денег, ездил пьянствовать в г.г. Одесса, Харьков, Киев и др., в этих поездках принимали участие ряд лиц () в том числе и я.

У Ямницкого имелась специальная книга учета женщин, с которыми можно было кутить и сожительствовать, имелись фотографии этих женщин. Перед поездкой на кутежи обсуждался вопрос, в какой город ехать и кого из женщин привлечь к гульбе, какие подарки из числа контрабандных товаров повезти ()

В бытность Ратынского начальником ИНО Одесского УНКВД, Ратынский помимо занятия контрабандой проводил валютные комбинации, жил на широкую ногу, дважды покупал для личного пользования легковые машины. ()

При разборе моего партийного дела в 1937 г. меня также обвинили в том, что я злоупотреблял долларами, конечно, это имело под собой почву. За доллары я купил у Ратынского машину «Форд» () Сам Ратынский проданную мне машину обменял, была у него другая, «Губмобиль», вывезенная каким-то моряком контрабандно, кажется, из Константинополя. Ее Ратынский купил за валюту ()

Райотделы НКВД: пьянство, дебоши и изнасилования стахановок

Чекистский «пролетариат», работавший в низовых территориальных органах, не имел возможности заводить личные зоопарки или покупать на ворованные из казны органы автомобили. 

Однако на уровне райцентра лейтенант госбезопасности был царем и богом, и редко кто из них не использовал спецслужбистский статус в личных целях. Крестьяне, прошедшие продразверстку, раскулачивание коллективизацию, просто боялись жаловаться на чекистского феодала «в область».

Чтобы попасть в поле зрения Особой инспекции НКВД, следовало совершить нечто совершенно из рук вон выходящее. Как, например, младший лейтенант Госбезопасности Сосницкого райотдела НКВД Юрий Есилевич, который был арестован в 1938 году

Совершенно секретно. Отдел кадров Управления НКВД-НКГБ УССР.

Меморандум. 11 июня 1938 г.

Согласно полученным материалам известно, что лейтенант Госбезопасности Есилевич систематически пьянствует и дебоширит. Так, например:

— в мае сего года Есилевич, будучи пьяным, залез в заразный барак Сосницкой больницы и стал приставать к находившимся в бараке больным женщинам.

— в мае сего года Есилевич, будучи пьяными, ночью влез в окно к жене сотрудника УГБ НКВД, находящегося на курсах, и устроил дебош.

— Есилевич понуждал к сожительству сотрудницу, и она от него забеременела

В «объективке» Есилевич характеризуется как не самый выдающийся чекист, но и не самый плохой: «основные методы агентурно-оперативной работы усвоил», «за второе полугодие 1937 г. Сосницким РО НКВД репрессировано 67 человек».

Возможно, Есилевичу бы сошли с рук и средние показатели по репрессиям, и даже дебоши, однако он совершил огромную ошибку: понуждал к интимной связи жену вышестоящего чекиста, для чего и залез к ней ночью пьяным в окно.

А такого в НКВД не прощали. За морального разложенца взялись по полной программе. В процессе следствия выяснилось, что еще в 1919 году Есилевич украл две подводы досок. Что вместе с председателем сельсовета и председателем местного исполкома занимался вымогательством и развратом со стахановками. Что принудил к сожительству секретарь-машинистку

Есилевич, естественно, все отрицал – виноватым он сделал недавних собутыльников.

Дотошные следователи НКВД нашли политическую зацепку: оказывается, еще в 1919 году Есилевич переписал национальность с «латыша» на «белоруса», потому как ранее служил в «бело-латышских бандах». Но для полноценного срока этого было мало

Что следовало вменить в вину бывшему чекисту?

ИЗ ОБВИНИТЕЛЬНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

По заданию германской разведки Есилевич проник в ряды Комсомола, а позднее в ряды коммунистической партии, представлял разведдонесения о состоянии сахарных заводов ()

По заданию той же разведки Есилевич проник в органы ГПУ, где проводил работу по дискредитации Органов, разлагал агентурно-осведомительный аппарат, в практической работе не применял действенных мер по борьбе с классовым врагом ()

Растраты, массовые хищения, контрабанда и валютные махинации типичны для большинства чекистских дел тридцатых годов. Однако в обвинительных заключениях  они проходят лишь фоном для основных обвинений – в «троцкизме», «буржуазном национализме», «сионизме» и «участии в фашистских заговорах» Характерно, что никакой статистики по коррупции среди арестованных чекистов в ОГПУ-НКВД не велось – об этом вообще предпочитали не говорить. 

Почему? Ответ очевиден: коррупция в высших эшалонах власти была свойственна прогнившему капиталистическому обществу, но никак не кристально честной советской Госбезопасности. Однако зарвавшихся и потерявших чувство реальности чекистов следовало ставить на место, а потому фигурантам «заговоров в НКВД» и вменяли пусть и нелепые, но вполне убийственные обвинения.

На фоне многочисленных коррупционных дел бывших сотрудников ГПУ-ОГПУ-НКВД-МГБ, утверждения о сталинском СССР как «о государстве, где совсем не было коррупции», выглядят как минимум странно.

Автор благодарит за представленные материалы Центральный Отраслевой Архив СБУ, архивное дело Фонд 13, опись 1, единица хранения 408, и архивно-учетную часть СБУ по Черниговской области, дела «П-17740» и «П-35937».

Источник: https://urokiistorii.ru/article/55184

Кто расстреливал Куропаты: НКВД или СС? К 137-летию Сталина

Сталинские репрессии, как отче наш, обязательно упоминаются в любой дискуссии с современными коммунистами. Символом «рэпрэсій» в Беларуси стали массовые захоронения в Куропатах, раскопанные в 1988 театроведом, фотографом и будущим председателем Белорусского народного фронта Зеноном Позняком.

Зенон теперь благополучно проживает то в Нью-Йорке, то в Варшаве. Но дело его живет: оппозиция ежегодно устраивает истерику на каждую красную дату календаря. Поэтому ко дню рождения Сталина мы подготовили маленький подарок для наших дорогих друзей — обзор материалов уголовного «дела №39», которое расследовала прокуратура в отношении Куропат.

Считали как дрова

Сразу же после обнародования находки (статья З.Позняка и Е.Шмыгалева «Куропаты — дорога смерти» от 3 июня 1988), Позняком по результатам раскопок в отчете от 1 августа того же года было названо число жертв в 220-250 тыс. человек.

Для сравнения: население Минска в 1941 составляло 270,4 тыс. человек. В лагере смерти Тростенец за всю войну было убито 206 тыс. — причем немцы действовали открыто и поставили уничтожение людей на поток: использовали ж/д транспорт, рыли траншеи техникой, применяли газовые камеры. Могло ли НКВД скрытно уничтожить сопоставимое число людей?

Оказалось, что нет. По итогам первого следствия (1988-1989), которое осуществляла правительственная комиссия БССР, данные Позняка, мягко говоря, не подтвердились на целый порядок.

Однако методика подсчета у следователей прокуратуры также была весьма условной: в районе деревни Цна-Йодково было обозначено 510 предполагаемых мест захоронений (ямы, видимые углубления в земле, и др), после чего были вскрыты 8 захоронений. 2 оказались пустыми, в остальных шести были найдены останки 356 человек.

Среднее количество человек (60 в одной братской могиле) было умножено на количество предполагаемых захоронений (510), и получена цифра в 30 тыс. убитых (ее озвучил прокурор БССР Г.Тарнавский, который открыто поддерживал «нквдшную» версию).

Между тем, поскольку захоронения обозначались «на глаз» (фактические — любые углубления, просадки), то часть из них таковыми не оказалась — по итогам последнего, третьего по счету следствия в 1998 была названо число жертв в 7 тысяч — об этом ниже.

Газовая труба и «отеческая забота»

Название «Куропаты» не употреблялось ни до, ни после войны. Его нет ни на советских, ни на немецких топографических картах.

Слово «Куропаты» впервые было обнародовано З.Позняком для описания местности возле деревни Цна-Йодково (в археологическом отчете Позняка также фигурировало топографическое название «Брод»).

Соответственно, местность «Куропаты» не могла упоминаться ни в архивах НКВД, ни в немецких архивах — чтобы подтвердить или опровергнуть версию о расстрелах.

Массовые захоронения были обнаружены при прокладке газопровода (см. схему). Газовая труба в Зеленом Луге, идущая параллельно кольцевой, резко сворачивает в сторону урочища, делая четыре изгиба, а затем пятый, чтобы «вернуться» на курс.

Зачем это было сделано?

«Изломанный» без всякой необходимости газопровод, под прикрытием которого прочесывалась обширная местность, свидетельствует о том, что определенные лица знали о примерном месте казней, а впоследствии выдали желаемое за действительное. Первый отчет о раскопках был подготовлен Позняком всего за 2 месяца и обнародован уже 1 августа 1988. Мощный информационный вброс был использован для раскачки общества, проведения протестных акций, раскрутки Позянка и будущего БНФ.

Между тем, прокуратура (в лице Прокурора БССР Г.С.Тарнавского) Позняку откровенно подыграла: Г.Тарнавский изначально занял жесткую позицию, поддержав версию репрессий. Но сразу притянуть версию за уши не получилось ввиду массы вскрывшихся нестыковок.

Выдержки из Сообщения правительственной комиссии БССР (опубликовано в 1989):

«510 предполагаемых захоронений можно сделать вывод о захоронении в лесном массиве не менее 30 тысяч граждан. Установить более точное их количество не представляется возможным»

«гильзы изготовлены в СССР в период 1928-1939 гг.» (об импортных «забыли», об этом дальше — А.Л.)

«в архивах Минюста, КГБ, МВД и Прокуратуры БССР, союзных органов материалов и документов, относящихся к событиям в Куропатах, не обнаружено»

«установить личности погибших, конкретные мотивы казней и лиц, исполнявших приговоры не представляется возможным».

Причем первая комиссия была самой «лояльной» к версии Позняка. Сегодня Игорь Кузнецов (бывший член КПСС, армейский политработник и пропагандист полка в Уручье, а ныне — оппозиционный историк), ссылается на выводы первой правительственной комиссии, и соглашается с названным ею количеством жертв.

Однако и это число (30 тысяч) впоследствии не подтвердилось.

2 ноября 1997 А.В. Довбыш, начальник отдела по надзору за исполнением законов в войсках и на транспорте прокуратуры республики, комментируя очередное шествие «Деды», отметил беспрецедентное давление на следствие со стороны общественных организаций, наличие гильз и личных вещей иностранного производства, а также то, что личность казненных до сих пор не установлена.

Кроме того, А.В.Довбыш напомнил, что в советский период совершались и общеуголовные преступления, за которые назначалась высшая мера наказания.

Подобные смертные приговоры, как и сталинские расстрелы, осуществлялись скрытно, в разных местах и тщательно маскировались, поэтому  версия о том, что НКВД свозило под Минск своих жертв и показательно расстреливало, чтобы устроить грандиозное кладбище — фантазии и блеф.

Расстрельные полигоны НКВД существовали, и для них выделялись земли т.н. спецназначения. Полигоны огораживались забором, а казни проводились в условиях секретности, втайне от других сотрудников и тем более от населения.

Свидетели же заявляли о якобы «показательных» казнях прямо за огородами деревни, на холме, о громких криках, выстрелах и др.

1997-1998 были совершены дополнительные раскопки 23 предполагаемых захоронений, из которых только в 9 оказались человеческие останки. Пресс-центр прокуратуры 4.11.1997 заявил корреспонденту БелТА  о завышенном количестве жертв (30 тысяч), поскольку ряд предположительных захоронений оказался пустым.

Также прокуратура подтвердила наличие вещественных доказательств, позволяющих полагать, что ряд захоронений относится к периоду второй мировой войны.

Источник: https://4esnok.by/mneniya/kto-rasstrelival-kuropaty-nkvd-ili-ss-k-137-letiyu-stalina/

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Благочестие
Что нужно для крещения ребенка

Закрыть